Лантратовой Яне ВалерьевнеВы утверждаете, что Apple не вправе определять, какими приложениями пользоваться гражданам, навязывать сервисы, ограничивать доступ к информации и формировать цифровое поведение пользователей.Тогда прошу дать прямую и непротиворечивую оценку действиям Роскомнадзора и Минцифры.Почему удаление приложений из App Store вы квалифицируете как недопустимое ограничение свободы выбора, тогда как блокировки Telegram, WhatsApp, Signal, Viber, YouTube и иных сервисов со стороны российских государственных органов вы не оцениваете в тех же категориях?Почему попытки частной компании влиять на цифровую среду вы называете угрозой правам граждан, а системные ограничения доступа к информации, замедление сервисов и блокировки ресурсов со стороны государства не рассматриваете как вмешательство в те же самые права?Если пользователь должен самостоятельно определять, какими приложениями и сервисами пользоваться, то по какой причине этот принцип применяется исключительно к действиям Apple, но игнорируется применительно к действиям российских регуляторов?Где, по вашему мнению, проходит юридически значимая граница между «защитой цифрового суверенитета» и цензурой?Вы также утверждаете, что Apple пытается контролировать вкусы, мысли и действия людей. В этой связи прошу пояснить: как следует квалифицировать ситуацию, при которой государственные органы ограничивают доступ к целым платформам, СМИ, мессенджерам и интернет-ресурсам, фактически определяя круг допустимых источников информации для граждан?Отдельно обращаю внимание на распространённый аргумент о том, что «все ограничения вводятся в рамках закона».Само по себе формальное наличие нормативного основания не снимает вопроса о его соответствии Конституции Российской Федерации, в частности статьям 23, 29 и 55, а также принципам соразмерности, правовой определённости и судебного контроля. Закон не может рассматриваться как безусловное оправдание любых ограничений, если: отсутствует...