Весь мой путь в Linux начался в студенческие годы, в момент, когда я получил предложение о работе от своего преподавателя в универе. Оказалось, что помимо преподавательской работы он также трудился в IT-компании, которая на тот момент искала интернов.

Собеседование заняло 10 минут, без единого вопроса про системы хранения или задачи с кодом. Мы просто поздоровались, технический директор Павел выдал мне доступы и объяснил суть: за полгода мне нужно пройти три модуля, по два месяца на каждый, удаленно с возможностью работать из офиса — путь от «понять, как устроено ядро» до «написать драйвер под реальное железо и собрать прошивку под FPGA».

Я дважды стирал себе диск, ради стажировки купил трехкилограммовый ноутбук за $50, потом воевал с Arch ради одной проприетарной программы — и в итоге вернулся туда же, откуда начинал, на Ubuntu. Это не история моего поражения (как некоторым хотелось бы), а притча об осознании. Осознании чего?

Пауза стоит.
umount висит...
Систему снес

Первый модуль — устройство ядра Linux как такового. Мне выдали роадмап, по сути документ с лекциями и источниками. Дали еще тест с баллами, невероятно душный. Наличие обязательного теста заставило меня вникать, конспектировать и пересдавать, добиваясь результата получше (а иногда и просто зубрить).

Хотя не могу сказать, что мне было неинтересно. Напротив, по ходу погружения я чувствовал себя частью какого-то сообщества, механизмом чего-то большего, будто гик, который только приступил к изучению правил секретной нишевой настолки.

Источник.

С Linux я был знаком и раньше — в 13 лет друг привез мне настоящий Raspberry Pi 3, мы его прошивали и даже пытались запускать Minecraft. С тех пор в голове засело, что помимо Windows есть другие ОС.

Тогда же я узнал про виртуальные машины, и у меня даже возникала подростковая романтизация с желанием полностью перейти на Linux. Пока однажды мой друг не спросил: «Ты можешь ответить себе искренне, зачем тебе это надо?». И я не смог. На старте стажировки первым делом все равно поставил VirtualBox.

И вот я ковыряюсь в этом документе со всеми учебными материалами для стажировки. Стараюсь сразу повторять, чтобы теория закреплялась практикой. Во время просмотра лекции о файловых системах случилось мое первое открытие: Ubuntu из коробки сама примонтировала мою флешку, прокинутую в виртуалку, к списку своих устройств. Как так? Я же хотел разобраться, как управлять этим самому. Неучтиво поставив лекцию на паузу, я с ls, cd и sudo и полез отмонтировать флешку вручную. Сработало! — подумал я и нетерпеливо записал в конспект umount.

Попытался снова — не получилось, виртуалка перестала видеть проброс вообще. Напоминаю, видео про монтирование я так и не досмотрел.

Ну, придется разметить кусочек диска для экспериментов — и я очень сильно смеялся, когда понял, что попросил у системы 500 мегабайт под баловство в самом начале основного sda, там же, где стояла сама Ubuntu. При следующей перезагрузке получил уведомление о поломке.

Тут я и столкнулся с проблемой номер два: я был не особо серьезен в своем обучении. Машина внутри основной машины — это очень весело, ее можно в любой момент переустановить, и вообще по жизни я часто применяю принцип «если хочешь научиться чинить — сломай». Но мне хотелось почувствовать какой-то груз ответственности за устройство, а не бесконечную reset-кнопку.

Бесплатный курс «Системный администратор Linux с нуля»

Освойте администрирование Linux на SelectOS и станьте востребованным специалистом.

Зарегистрироваться →

В ломбард зашел,
3 кг приобрел,
50$ стоило...

Восстанавливать диск не хотелось, переустанавливать Ubuntu в виртуалке казалось скучным, а на дуалбут с Windows на единственном компьютере я пойти не был готов. Решение напросилось само. Мне нравилось стажироваться и изучать Linux настолько, что на скучных парах в универе я только и думал о том, как приду домой и начну окунаться в архитектуру ядра.

Спустя пару дней навязчивых мыслей, в ломбарде я уже лихорадочно проверял характеристики старого хакерского Fujitsu E752 2012 года — со сменным аккумулятором, дисководом и функцией чтения дискет. Топовое железо того года весило 3 кг в сумме, но мне было все равно: мало того что это были мои последние 50$, так я еще и чувствовал себя особенно уникально.

Вот он, красавец. Источник.

Дома я снес Windows 7 и по гайду из интернета, с помощью той же злополучной флешки, поставил Arch. Обучаться работе с Linux таким методом мне казалось и кажется сейчас самым трушным и веселым вариантом. Это я могу сравнить с souls-like играми: чувствуешь себя не таким, как все, ведь не ищешь легкого пути — нравится попытка за попыткой методично приходить к идеалу, оттачивая мастерство.

Arch Linux в моей голове ассоциировался с рок-н-ролльным образом жизни, и в то же время с минимализмом. Возможно, опыт человека вообще можно приравнять к тому, как он развивается в выборе операционной системы, потому что мой опыт с Arch можно описать как период юношеского максимализма.

Мне было все равно, что ноут весил 3 кг. Многие месяцы я реально носил его на пары ежедневно, чтобы мы с другом (тоже заинтересовавшимся) вместе пробовали подключаться к Wi-Fi через терминал и осваивали комбинации в Vim. Я долго отрицал необходимость графического окружения, но сломился в момент когда понял, что только благодаря нему на скучных парах я могу поглядывать лекции по устройству ядра.

Такими темпами я с помощью старичка за полтора месяца закрыл двухмесячный модуль, выполнив норму. Следующим этапом было прочтение книги Криса Симондса «Внутреннее устройство Linux». Если бы я давал рекомендацию ребятам, которые хотят начать работать в embedded, она начиналась бы именно с этой книги.

Сборка по книге,
Ошибка в конфиге,
Я на парах...

С U-Boot, Barebox и QEMU старый добрый японец запускал стабильно, пока не появилась потребность поработать в Buildroot — программе, которая берет на себя автоматизацию сборки кастомных Linux-образов под платы. На моем железе одна сборка занимала 3–4 часа, а значит, ошибку в конфиге я узнавал только к вечеру, вернувшись домой с пар. Романтика «слабого, но своего» ноутбука, как оказалось, имеет вполне конкретную цену — время.

Спустя 4 месяца заражения болезнью под названием Linux, свой стационарный комп я стал включать, только чтобы перекинуть монитор на ноут. Мне стала нужна вычислительная мощность, хотя полностью переходить на Arch до сих пор казалось сумасшествием.

Следующая стадия — дуалбут: 200 ГБ под Arch, 800 — под Windows. Все было прекрасно, комп работал быстро, и хоть я не игрок, но даже Steam установил без капризов. Так я жил, пока не перешел на следующий, более серьезный этап стажировки — писать драйверы под реальное железо и подступаться к сборке прошивок под FPGA.

Жму кнопку «ужать»,
И Windows не может встать.
Пусть будет с нуля...

На третьем модуле мне понадобились Vivado и Vitis — тяжеловесный инженерный софт для сборки прошивок FPGA. Формально они работают и из-под Windows, но мне было комфортнее держать все в одном месте. 200 ГБ к этому моменту были окончательно забиты кросс-компиляторами, и я решил отгрызть кусочек хранилища у Windows под Arch.

На первый взгляд ничего сложного, ведь когда вы делаете дуалбут, расположение кнопки «ужать диск» в настройках Windows врезается в память. Однако количество способов «пришить» это место и разметить его уже в линуксовой ОС мне до сих пор не известно.

Лукавить не буду: во многих моментах я использовал советы ИИ. Так же поступил и в этот раз — мой опыт был первым и во многом уникальным, но и винить советчика не могу: не получилось у меня обеспечить безопасность нужного уровня при изменении разметки.

Чтобы разметить новый диск и подключить его к системе в Linux, используются несколько команд: поиск диска — lsblk, разметка — fdisk, форматирование — mkfs, монтирование — mount.

Думаю, все сталкивались на каком-либо этапе обучения с ошибками в последовательности введения этих команд. Собственно, это и привело меня к ошибке загрузки Windows при следующем перезапуске компа.

Порядка четырех дней я пытался восстановить такую знакомую с детства ОС, пока прямо не спросил у ИИ, который начал извиняться после каждого своего неудачного решения: «Скажи честно, у нас ничего не выходит — неужели не проще все снести и поставить заново?» На что он признался, что мы действительно не продвигаемся. К третьему дню я уже смирился, что старое рабочее окружение, по которому уже скучал, не спасти — ведь, имея его, я перестал его ценить.

И тут раскрывается настоящая причина, по которой я в итоге ушел с Arch, — и она вообще не про диск.

Vivado от AMD официально стабильно работает только под Ubuntu, а вот с остальными дистрибутивами все приходится делать на свой страх и риск, с патчами от сообщества. Rolling-release Arch означает, что обновление системы может утянуть за собой переустановку половины софта разом — для рабочей машины, где простой стоит времени, это лишний риск. А проприетарные драйверы видеокарты и часть библиотек под Steam пришлось доустанавливать вручную — работает, но не из коробки, и не факт, что заработает после следующего апдейта.

Arch учил ломать,
Ubuntu уже принимать.
Огород — потом...

Последней моей стадией — стадией принятия — стала установка Ubuntu и полное форматирование диска.

Я понял, что иногда нужно двигаться дальше и взрослеть, а отказ от некой независимости в угоду удобству — это не так плохо, как звучит на первый взгляд. В конце концов, на «скучной» Ubuntu при большом желании вы тоже вольны делать, что захочется, и сносить себе диск, сколько потребуется.

Источник.

Принять правила игры и быть гибким — не значит стоять на одном месте. Это как с возрастом понять, что жизнь в доме за городом или в тихом месте с собственным огородом — не проигрышный вариант, а вполне рациональный и привлекательный.

Если бы я советовал начинающему embedded-разработчику, то рекомендовал бы пройти через Arch хотя бы полгода — это лучшая школа понимания Linux, которую можно получить руками, вручную ломая и разбирая систему. Но для рабочей машины, особенно если завязан на вендорский софт вроде Vivado, берите то, что официально поддерживает производитель, а не то, что интереснее ставить.

Видимо, по мере роста иногда меняются ценности, отступают принципы, и вот уже спустя время приходит понимание, что независимость системы и независимость человека — разные вещи. Но все же огород для меня пока что под сомнением.