"Если хочешь добиться результата, необходимо полностью сфокусироваться на одном направлении, - объясняет он свой выбор идти в бизнес. - А тут перспективы огромные".

Пока коноплей занято 35 гектаров. Остальную землю фермер держит в резерве: второй год подбирает технологию согласно местным условиям.

Вообще юг России коноплеводческим регионом не считается. Историческая карта культуры - Пензенская, Ивановская, Брянская, Нижегородская, Орловская область и Мордовия, то есть средняя полоса с устойчивым увлажнением, без ростовской и волгоградской жары.

Конопля - культура влаголюбивая. Критический период приходится на интенсивный рост стебля, и именно тогда недостаток влаги бьет по волокну сильнее всего. Стебель получается коротким и тонким, выход волокна сокращается, а вслед за ним - экономика гектара. Спасти может орошение - оно поднимает урожайность на 30 - 35 процентов, но полив требует и ощутимых вложений. При этом местные аграрии седьмой сезон подряд работают в условиях неустойчивого увлажнения: летом месяцами почва прогревается до сорока градусов, и хозяйства планомерно уходят в засухоустойчивые сорта. Но Копничев с такой логикой согласен не до конца.

"Здесь важно понимать, что считать неподходящей территорией", - говорит он. В прошлом году он вел опытный участок на восьми гектарах в Ростовской области, в хозяйстве знакомого. "Культура показала себя очень хорошо. По тому, как растения развивались и росли, у меня нет никаких вопросов к данной местности. Спокойно можно выращивать коноплю".

Проблема чисто экономическая, настаивает он. На юге выручка с гектара традиционных культур заметно выше, чем в северных регионах, и на этом фоне конопля выглядит бледно. Плюс репутация сложной культуры в уборке и переработке.

"Это сегодня и сдерживает развитие отрасли", - резюмирует фермер.

Вопреки расхожему представлению до определенного момента конопля не требует какого-то особого подхода. Подготовка почвы, посев, защита растений - стандартная техника, как с любой другой культурой. Особенность одна: растение высокорослое. Сложности начинаются в уборке.

Копничев приобрел комбайн и после небольшой модернизации рассчитывает убирать им коноплю на семена. Но в поле остаются стебли, которые надо скосить и вывезти. И нужно понять, как решить вопрос с их переработкой.

Фермер рассказал нам и о мифах вокруг отрасли. Например, за два года работы никаких проблем с правоохранительными органами у него не было. Полицейские приезжали на поле, спокойно общались, претензий и дополнительных проверок не последовало. Попыток проникнуть на посевы тоже не случалось. "Все истории о постоянных проверках и сложностях с правоохранительными органами не подтверждаются", - говорит Антон.

С государственной поддержкой сложнее. Два года назад он обращался в местное министерство сельского хозяйства; там ответили: сначала покажите результат, потом обсудим помощь. Зато глава районной администрации инициативу встретил тепло и предложил помощь в пределах своих возможностей. "На сегодняшний день этого вполне достаточно", - считает Копничев. Район реально помогает по земельным вопросам. А они - главная бюрократическая головная боль: участки распределены между поселением, районом и городом, и второй год подряд приходится выяснять, кому принадлежит конкретное поле и как оформить его использование.

Но все это мелочи по сравнению с главным.

"Основная проблема вовсе не в отсутствии специализированной техники для уборки. Гораздо сложнее следующий этап - переработка", - подчеркивает Копничев.

Чтобы всерьез заниматься коноплей в России, даже действующему хозяйству с техникой и производственной базой нужно дополнительно вложить порядка 200 - 300 миллионов рублей: требуются производственная линия, здание для нее, специализированная техника, пресс-подборщики.

"Когда мы общались с коноплеводами, нам всегда говорили, что это очень дорогой бизнес. И это действительно так", - признает фермер.

При высоком пороге входа отрасль автоматически становится вотчиной крупных холдингов с десятками тысяч гектаров. Фермеру в эту дверь не войти.

Пока сам Копничев не сдает на переработку ничего - весь урожай идет на собственные испытания. Из семян он делает масло и продает, но эти объемы проект не окупают. "Основная задача - решить вопрос с волокном, его уборкой и переработкой".

К переработке привязан и сбыт. Значительная часть российского волокна уходит в Китай, но в последнее время этот канал осложнился. "Поэтому России крайне необходимы собственные предприятия по переработке волокна", - считает фермер. Направления известны: текстиль, целлюлоза, канаты. Самым перспективным Антон называет текстиль, тем более хлопок в стране фактически не выращивается.

Посевы конопли в России держатся в районе 12 - 13 тысяч гектаров при ориентире Минсельхоза в 20 тысяч. Рынок продукции оценивается в 3,2 миллиарда рублей - меньше одного процента от мирового. Для сравнения: в советские годы культура занимала порядка 620 тысяч гектаров.

Перерабатывающие мощности постепенно появляются: за последние два года заводы запускались в Башкирии, Татарстане, Удмуртии, Тульской области. Но все они далеко от Волгограда. А треста (конопляная солома) - груз объемный и дешевый, возить ее на сотни километров бессмысленно. Переработка обязана находиться рядом с полем. А раз она стоит как небольшой агрохолдинг, круг замыкается.

Именно этот круг волгоградец и намерен разорвать. Деталей решения он пока не раскрывает, говорит: рано. Контуры задачи известны, и они амбициозны: сделать стоимость проекта настолько ниже существующих решений, чтобы техническая конопля стала экономически оправданной для обычного хозяйства с земельным банком 1000 - 1500 гектаров. То есть для рядового фермера.

Сам он в переработчики не метит: "Это не моя специализация. Своей задачей считаю вырастить урожай, собрать его и создать доступную технологию переработки тресты в волокно. Но знаю, что на дальнейшие экономические циклы инвесторы найдутся. Так что наши эксперименты точно пойдут на пользу отрасли". Проверить это можно будет, когда готовое решение появится "в железе".