Россия стала самым быстрорастущим поставщиком коксующегося и энергетического угля на индийский рынок в июле, увеличив общий экспорт почти в три раза. Спрос стимулируют дисконты и невысокая стоимость перевозки. Но ограниченная доступность южных портов из-за рисков для судоходства в Черном море может вынудить индийских импортеров заместить часть угля из России.

Россия увеличила экспорт угля в Индию в июле 2026 года почти в 2,9 раза год к году, до 3,62 млн тонн, подсчитали аналитики BigMint. В частности, поставки коксующегося угля выросли в три раза, до 1,8 млн тонн, энергетического — в 2,5 раза, до 1,82 млн тонн. Месяц к месяцу экспорт увеличился на 50% и 21% соответственно. Как отмечают аналитики, в обоих случаях июльский рост поставок из России был максимальным среди основных экспортеров.

По итогам семи месяцев отгрузки энергетического угля из России в Индию увеличились на 48%, до 7,2 млн тонн, следует из данных BigMint. Это соответствует четвертому месту среди основных стран-экспортеров после Индонезии (49 млн тонн), ЮАР (19 млн тонн) и США (9,1 млн тонн). Данные по экспорту коксующегося угля за семь месяцев аналитики не привели. В июле Россия была вторым поставщиком этого сырья после Австралии, отгрузившей 3,5 млн тонн.

Как считают в BigMint, доля российского энергетического угля на индийском рынке растет благодаря дисконтам и конкурентоспособной стоимости фрахта, что особенно важно для местных производителей цемента. Рост импорта из РФ привел к снижению отгрузок из Индонезии и ЮАР, уточняют аналитики. Потребители коксующегося угля пытаются диверсифицировать закупки за счет российских объемов, снижая долю австралийских, добавляют в BigMint.

«Распадская», один из крупнейших в России производителей металлургического угля, отметила в отчетности за первое полугодие, что объемы производства стали в большинстве стран мира продолжают снижаться, что влияет на спрос на сырье, зато Индия, увеличивающая выпуск металла, стала крупным импортером. «Данный рынок занимает основную долю в экспортных поставках "Распадской" в настоящее время»,— сообщили в компании.

Но, как пишут аналитики NEFT Research в своем обзоре, ограниченная доступность южных портов РФ вынуждает индийских покупателей коксующегося российского угля заблаговременно искать альтернативные маршруты поставок. Партнер NEFT Research по консалтингу Александр Котов считает, что индийские импортеры могут полностью или частично заместить около 25% общего объема импорта из России, что эквивалентно южному морскому потоку, за счет поставщиков из Австралии и США. Ранее стало известно, что турецкие импортеры увеличили запросы на закупки угля из Колумбии, ЮАР и США в связи с рисками в Черном море (см. “Ъ” от 13 августа).

Из-за невозможности вывезти уголь через южные порты экспортеры пытаются перенаправить его на северо-запад и на восток, что резко повышает нагрузку на железнодорожную инфраструктуру, говорит Александр Котов. По оценкам эксперта Института экономики роста им. П. А. Столыпина Марии Никитиной, при длительных ограничениях работы портов Новороссийск, Тамань, а также азовских портов под риском выпадения находятся до 10–12 млн тонн российского угольного экспорта во втором полугодии. «Индия покупает российский (коксующийся.— “Ъ”) уголь прежде всего потому, что он дешевле австралийского. Если логистика дорожает на $10–15 за тонну, преимущество серьезно уменьшается»,— указывает она. Начальник управления аналитики по рынку ценных бумаг Альфа-банка Борис Красноженов также отмечает, что проблемы на Черном море могут повысить стоимость фрахта, что потенциально снижает конкурентоспособность российских экспортеров.

По словам директора Центра ценовых индексов (ЦЦИ) Евгения Грачева, частично заместить российский металлургический уголь в Индии может готовый кокс из Индонезии или американское сырье. «Но Индия в этом не заинтересована. За последние несколько лет тенденция как раз была обратная — диверсификация коксующихся углей из Австралии продукцией российского происхождения»,— поясняет он. К тому же, продолжает аналитик, коксующийся уголь поставляется в Индию в основном по долгосрочным контрактам с формульной привязкой и эта цена может быть гораздо привлекательнее, чем на спот-рынке, и менее чувствительной к порту отгрузки, чем у энергетического угля.

Полина Трифонова