По мере просмотра «Дома драконов» наше отношение к шоураннеру сериала Райану Кондалу менялось. С одной стороны, Джордж Мартин активно его поддерживал и буквально за ручку привел в HBO, а с другой — шоураннер поддержал идею Сары Хесс с нелепым побегом Рейнис из Драконьего Логова и потом горячо защищал коллегу. В начале второго сезона Джордж Мартин объявил, что шоураннер полностью проигнорировал его замечания к сценарию, разгорелся скандал, закончившийся полным устранением писателя от сериала. Новое интервью Райана Кондала для издания Backstage — не первое после ссоры, но очень показательное.

Backstage: Как вы изначально презентовали себя и свои идеи руководству HBO и как вы относитесь к первоисточнику?

Райан Кондал: Я подхожу к этому материалу как преданный фанат. С циклом я познакомился в момент экзистенциального кризиса, размышляя о своей жизни и будущей карьере. На руках у меня был диплом бухгалтера, но меня не покидала мысль: «Не хочу быть бухгалтером, хочу писать сценарии». Я обожаю фэнтези, и кто-то сунул мне в руки «Игру престолов» со словами: «Это как „Властелин колец“, только с сексом и жестокостью». Я прихватил с собой книжку в кинотеатр, чтобы по своему обыкновению почитать перед сеансом, но в итоге настолько увлекся, что пытался читать в отсветах экрана вместо просмотра фильма.

Я превратился в настоящего исследователя мира Вестероса. В HBO об этом знали, поэтому не сомневались в моем понимании того, почему эта вселенная работает и почему она так цепляет аудиторию. В HBO тогда уже перебрали несколько вариантов продолжений «Игры престолов», я поначалу предлагал повести о Дунке и Эге: «Это идеальная альтернатива, потому что история локальная, веселая и более легкая», — объяснял я (иронично, что именно это они стали искать, но уже после «Дома драконов»). В «Игре престолов» от Таргариенов осталась лишь Дейнерис, и все вокруг только и говорят об их былой славе — эти-то времена мы и показываем в «Доме драконов». Я презентовал сериал как приквельную трилогию «Звездных войн». Потребовалось несколько лет разработки, чтобы в HBO согласились, а я просто оказался нужным человеком в нужное время, который правильно ухватил суть материала. Если бы я написал этот пилот на три года раньше, не уверен, что сериал вообще бы стали снимать. В HBO могли бы отмахнуться: «Ну, это слишком предсказуемый выбор сюжета».

7Королевств: Здесь мы не можем удержаться от расширенного комментария, потому что в конце прошлого года Джордж Мартин четко обозначил свой вклад в то, что Райан Кондал вообще получил эту работу («Я нанял Райана и полагал, что мы партнеры») и потом сохранил ее после конфликта с Мигелем Сапочником, ранее вторым шоураннером сериала. Чуть подробнее момент найма шоураннеров освещал Джеймс Хибберд, у которого инсайдеров — как мух, и нет личной заинтересованности в искажении фактов. Полный пересказ этой громадной статьи читайте здесь, нас же интересует вот этот отрывок: «По мнению Сапочника, после всех споров вокруг восьмого сезона и не оправдавшей надежд «Кровавой луны» сеть боялась растерять своих фанатов и предпочла вернуться к чему-то знакомому. У HBO имелся колоссальный опыт создания культовых сериалов — но никакого в создании спин-оффов, тем более полноценных франшиз, поэтому руководство HBO решило довериться тому человеку, с которого все началось: Джорджу Мартину. Тот же, в свою очередь, после ухода Брайана Когмана продолжал бороться за Танец драконов. И пока весь мир чествовал «Игру престолов» на церемонии Эмми, он встретился со своим старым знакомым, Райаном Кондалом. К тому времени руководство HBO уже возложило все свои надежды на Мартина, поэтому протеже писателя предложили контракт на следующий же день после этого разговора».

Backstage: Как вы подступались к адаптации подобного материала в виде сериала?

Райан Кондал: Это самый масштабный проект в моей карьере, так что было очень страшно, но и увлекательно тоже. Это же настоящий вызов — превратить в полноценный сериал вымышленную хронику, написанную в духе учебника истории. В книге об одних и тех же событиях существуют противоречивые свидетельства, как в фильме «Расёмон», и перед нами разворачивается сага в стиле «выбери свое приключение». Для телесериала с таким бюджетом и масштабом в HBO предпочли линейное повествование, поэтому мне пришлось выбирать одну версию событий в ущерб остальным. В иных случаях в книге открыто сообщается, что никто не знает, что именно там произошло. Меня вдохновляла возможность заполнять эти пробелы так, чтобы оставаться максимально верным первоисточнику, но при этом иметь огромный простор для собственной фантазии.

Backstage: Как вы решаете, что именно переносить на экран, что менять, а что вырезать?

Райан Кондал: Это невероятно сложно и происходит естественным путем. Когда в 2018 году я приступил к подготовке пилотной серии и общей концепции сериала, я не мог заранее точно сказать, что и как там будет. Подход к сериалу меняется по ходу его создания. В «Игре престолов» была противоположная проблема: очень много материала, который требовалось урезать, чтобы сериал не растянулся на 25 сезонов и не разорил всех причастных. Я смотрю на свою работу как на работу скульптора, который пытается сколоть те куски мрамора, которые не годятся для сериала. Я перекладываю историю для совершенно другого вида искусства — даже более другого, чем это бывает в экранизациях, потому что здесь нет традиционного повествования от лица персонажей. На двух сотнях страниц «Пламени и крови» действует тыща героев, поэтому мы сразу решили рассказывать историю как семейную сагу Таргариенов, отодвигая всё остальное на второй план, чтобы сюжет не распадался на части и зритель не терял нить сюжета.

А потом мы с моим соавтором сценария Сарой Хесс увлеклись идеей превратить сериал в высказывание на тему, как история частенько неотделима от пропаганды. Книгу «Пламя и кровь» можно читать с мыслью, что хронику подавали так, чтобы возложить вину на тех, кого источники считали ответственными за то, что эта ужасная война вышла из-под контроля. Мы решили показать субъективный взгляд на эти события, поэтому какие-то вещи будут в точности соответствовать книге, а при просмотре других вы поймаете себя на мысли: «Финал вышел тот же, но я думал, что всё происходило совсем не так». Мы хотели показать, что история — это далеко не всегда объективный и сухой пересказ событий прошлого. Как мне кажется, именно такой глубокий подход и ценит HBO в своих проектах, и именно это отличает наш сериал от заурядного жанрового шоу.

Backstage: Был ли какой-то конкретный случай, когда вы сомневались, как правильно адаптировать текст?

Райан Кондал: Отличный пример — это битва при Глотке. В книге Рейнира отсылает [в Вольные города] двух своих младших сыновей, рожденных от Деймона, но в сериале мы сделали их младше, и старший из них еще не готов летать на своем драконе, чтобы сбежать с корабля и предупредить Морского Змея [о флоте Триархии]. В книге это очень живая, эмоциональная и запоминающаяся сцена. Однако еще на этапе подготовки к первому сезону мы ужали хронологию с тридцати лет до двадцати, поскольку книжное повествование в каких-то моментах становится уж слишком масштабным и размытым. Это избавило нас от необходимости постоянно менять актерский состав, но привело к тому, что младшие дети в нашей временно́й шкале либо еще не родились, либо оказались гораздо младше. В частности, дети Рейниры и Деймона у нас так малы, что в контексте съемок становятся не персонажами, а реквизитом. Приходится сталкиваться с сугубо практическими проблемами: четырехлетние актеры не могут играть, привлекать их к трюкам небезопасно, а создать реалистичного ребенка с помощью спецэффектов невозможно.

Кроме того, в сериале битва при Глотке концентрируется на том, насколько трагичной стала для Рейниры потеря Джейса, и нам показалось перебором обрушивать на нее еще больше горя. Всё это вместе заставило нас решиться на осмысленные изменения. Мы работаем в совершенно другом виде искусства и обязаны обеспечить целостность истории, вовлекая зрителя на куда более глубоком эмоциональном уровне. Грустно, что мы не смогли экранизировать именно эту часть битвы, но мы знаем развитие сюжета с младшими сыновьями Рейниры, и у нас есть для них план. Между собой мы долго спорили и никак не могли договориться, но я считаю, что мы приняли правильное решение. <..> Мой друг, командир военно-морских сил США, прислал мне статью, которую кто-то написал в их внутреннем профессиональном издании. Там нас хвалили за точность демонстрации тактики морских сражений в битве при Глотке. Это самое приятное, что я когда-либо читал о сериале.

Backstage: Как за эти годы изменилось ваше взаимодействие с актерами по мере того, как они начали лучше понимать и чувствовать своих персонажей?

Райан Кондал: Хорошие шоураннеры позволяют сериалу развиваться по мере съемок. Это не значит, что вы полностью позволяете зрителям или коллегам диктовать путь развития, но это и не односторонний процесс. Нужно быть достаточно открытым, чтобы принимать и критику, и идеи. Актеры, с которыми я работаю, — не просто блестящие исполнители. Та же Эмма Дарси (Рейнира) — глубоко мыслящий рассказчик, который проживает историю своей героини и дает очень точную обратную связь, каким видится сюжет, если смотреть на него исключительно глазами Рейниры. Это помогало мне обратить внимание на детали, которые я сам мог и не заметить, пока пишу сценарий от лица всех героев разом. Поэтому-то я поддерживаю активный диалог со всеми актерами. У меня подобралась невероятно мощная плеяда британских талантов, у большинства — классическое образование, они понимают, как излагать историю в ущерб выпячиванию своего эго. Закончив сценарий, следующие шесть недель мы проводим читки всех серий, чтобы собрать обратную связь и обеспечить финальную шлифовку с учетом отзывов актеров. Я очень горжусь этим процессом, потому что на телевидении на подобное не всегда есть время. Мы выстроили такой уровень доверия, который позволяет вести открытые дискуссии ради одной общей цели — сделать лучший телесериал из всех возможных.