22 августа Россия отмечает День государственного флага. Мы привыкли видеть триколор над Кремлём. Но мало кто знает: в 1848 году, когда Европу сотрясала «Весна народов», славянские народы без государственности — чехи, словаки, хорваты, сербы — добровольно взяли российские цвета за основу своих флагов. Под гнётом Австрийской и Османской империй они были лишены политических прав и национальной свободы, а в России — увидели надежду на освобождение.  

Почему славяне навсегда выбрали наш триколор, spb.aif.ru спросил у публициста, кандидата исторических наук Александра Чаусова.

Историк Александр Чаусов проводит параллели между геополитическими вызовами прошлого и сегодняшней ситуацией. Фото: Из личного архива.

— Александр, почему же в 1848 году славянские народы взяли за основу своих флагов именно российские цвета?

— После Наполеоновских войн Россия обладала практически безусловным военным и политическим авторитетом в Европе. Была крупнейшим государством мира, сверхдержавой, которая во многом определяла ход европейских дел. Для славянских народов, пробуждавшихся к национальному самосознанию, наша страна стала естественным центром притяжения. Их привлекала мощь империи и ощущение культурного, религиозного и языкового родства. Выбор бело-сине-красного триколора в качестве основы национальных флагов стал для них способом продемонстрировать панславянское единство (Панславизм — это движение конца XVIII — XIX веков, зародившееся среди славянских народов Европы, главная идея которого заключалась в необходимости духовного, культурного и политического объединения всех славян на основе их языковой и этнической близости — Прим. Ред.) и солидарность с «большим русским братом», который воспринимался как надёжный покровитель и защитник.

— Почему Николай I не поддерживал панславизм?

— Как и его преемники, он опасался глобального конфликта или внутреннего переворота. Кроме того, он не мог поступиться принципами Священного союза, где Россия была гарантом монархического порядка в Европе. А панславизм воспринимался как революционная угроза этому порядку.  Но для западных славян Россия оставалась главным православным государством, мощным и независимым. И даже без прямой санкции царя флаг России воспринимался как знак возможной защиты и братской поддержки. Их надежда была не на политическую волю монарха. А на саму силу и цивилизационный авторитет России.

Россия как альтернатива

— В чём конкретно проявлялся гнёт Австрийской и Османской империй для чехов, хорватов, сербов и словаков в середине XIX века?

— Австрийская империя, хотя и пыталась идти на уступки, делала это крайне медленно и непоследовательно. Габсбурги не успевали или не хотели предоставлять равные права другим народам — полякам, чехам, хорватам, словакам. Славяне чувствовали себя ущемлёнными в политических правах и возможностях. Османская же империя, особенно во второй половине XIX века, уже клонилась к закату. Но сохраняла жёсткие методы управления: подавление инакомыслия, массовые казни, религиозное давление. Хотя формально султаны декларировали религиозную свободу, на практике христиане-славяне испытывали гнёт чуждой культуры и имперской унификации. Договориться с мусульманскими правителями было ещë сложнее, чем с католической Австрией. А славяне не хотели оставаться ни под теми, ни под другими — их привлекала православная Россия как альтернатива.

— Съезд открылся 2 июня 1848 года, а уже 12 июня в Праге вспыхнуло восстание, жестоко подавленное австрийским фельдмаршалом Виндишгрецем. Съезд разогнали, решения не приняли. Эти события связаны?

— Идеологически – напрямую. Австрийские власти увидели в съезде угрозу — ведь там обсуждались политические программы, которые могли подтолкнуть чехов и другие народы к более решительным действиям. И когда на улицах Праги начались беспорядки, власти использовали это как удобный повод, чтобы подавить и восстание, и сам съезд, ликвидировав оба очага недовольства.

— Как в России восприняли позицию Австрии в Крымскую войну после того, как мы подавили венгерское восстание в 1849 году? Ведь Вена тогда потребовала вывода наших войск.

— В России это расценили как предательство. Мы спасли Австрийскую империю, а она сразу же проявила враждебность. Но для европейской
дипломатии это было обычной практикой — Британия и другие силы всегда стремились ослабить Россию, пугавшую их размерами и влиянием. Урок оказался актуальным: в реальной политике союзничество временно, а национальные интересы — главное.

Символ возрождения

— После 1917 года в России триколор заменили Красным знаменем. Но многие славянские государства его оставили. Зачем?

— К моменту революции 1917 года бело-сине-красные флаги уже стали их укоренившимся национальным выбором. А после прихода большевиков в консервативных кругах власть считали временной и нелегитимной, страны не хотели подстраиваться под нововведения. Лишь после Второй мировой в некоторых государствах символика менялась. Но фундаментально триколор остался их символом национальной идентичности.

— В 1990-е, после распада соцлагеря, и Россия, и Сербия, и Хорватия, и Словения вернули именно триколоры. Почему?

- Такой флаг был наиболее нейтральным и менее политически заряженным, чем, например, имперский чёрно-жёлто-белый. Чёрный цвет в массовом сознании ассоциировался с монархизмом, национализмом и чем-то мрачным. А триколор оставался традиционным и укоренившимся в истории, он символизировал национальную гордость. В те годы Россия была ослаблена, не могла активно влиять на соседей. И возвращение триколора стало жестом самоидентификации, связанным с желанием найти общий, понятный и исторически оправданный символ.

— Что, на ваш взгляд, символизирует сегодняшний День флага России?

— Это, в первую очередь, наш национальный праздник, посвящённый возрождению страны. Он напоминает, через какой трудный путь мы прошли: 1990-е годы были временем тяжёлых испытаний, когда само существование России как государства ставилось под вопрос. Но мы выстояли. И триколор стал символом этого возрождения, силы и единства нашего народа.

— Какие главные уроки из истории XIX века, на ваш взгляд, Россия усвоила к сегодняшнему дню?

— Важные уроки мы часто понимаем лишь задним числом. Эпизод с австрийской неблагодарностью показал, что в международных отношениях нельзя полагаться на эмоции и риторику братства — важно иметь прочный экономический и военный фундамент, чтобы отстаивать свои интересы.

В новейшей истории мы эти уроки всё же учли. После событий 2014 года Россия начала целенаправленно перестраивать экономику, укреплять обороноспособность и готовиться к возможному внешнему давлению. И когда в 2022 году противостояние вышло на новый уровень, наша страна оказалась готова — и экономически, и политически, и в военном плане. Значит, уроки не были напрасны. А извлекать их нужно не из абстрактных исторических аналогий, а из конкретных вызовов, с которыми сталкиваемся в реальном времени. Именно этот опыт мы используем, чтобы двигаться дальше.