В 1938 году Тихоокеанский флот СССР провёл первые учения с применением водолазов-разведчиков. В ходе тех событий военнослужащие покинули подводную лодку, преодолели противолодочное заграждение и выполнили учебно-диверсионную задачу на побережье. Так был заложен фундамент для создания специальных подразделений подводных пловцов. В годы Великой Отечественной войны на Балтийском флоте была создана рота особого назначения, в состав которой входили в том числе и водолазы. Среди прочего они занимались обслуживанием небезызвестной «Дороги жизни» в ходе блокады Ленинграда. После войны интерес к подводному спецназу фактически сошёл на нет, однако в 1955 году погиб линкор «Новороссийск». Среди прочих версий рассматривался и вариант с диверсией со стороны боевых пловцов Великобритании. В 1956 году произошёл новый инцидент: британский водолаз попытался заминировать крейсер «Орджоникидзе».

Всё это подтолкнуло руководство советского флота вернуться к теме развития собственных подразделений подводных диверсантов, так как подобные формирования всегда имеют двойное назначение. В обязанности боевых пловцов входит в том числе и охрана собственных вод. Так, в 1956 году ВМФ создают экспериментальный отряд подводных диверсионных сил и средств. И как это часто бывает, никакого специального снаряжения для молодого специального подразделения на тот момент попросту не существовало. Исправить эту ситуацию попытался полковник корабельно-технической службы, военный инженер и ветеран обороны Ленинграда Ростислав Михайлович Тодоров. На тот момент Тодоров был сотрудником 1-го Центрального Научно-исследовательского института ВМФ. Узнав о создании подводного спецназа, он сразу же выступил с инициативой создания для боевых пловцов нового ножа, который должен был стать не только средством отправки «плохишей» на доклад к апостолу Петру, но и универсальным инструментом для решения инженерных задач.

Отмашку на создание и производство мелкой партии экспериментальных ножей Ростислав Тодоров получил в 1957 году. Первые опытные образцы нового инструмента были изготовлены на Сестрорецком инструментальном заводе. Первая партия оказалась совсем небольшой и далёкой от идеала. Более того, с подачи заводчан Тодорову пришлось отказаться от нескольких передовых решений. Продиктовано это было главным образом тем, что расходовать дорогостоящие материалы и создавать сложнейшие клише для узкосерийного изделия в тот момент никто не хотел. Однако, несмотря на многие «шероховатости», нож Тодорова произвёл на испытаниях исключительно позитивное впечатление. В первую очередь благодаря богатому списку полезных инноваций в конструкции.

Не то, чтобы идея превратить нож в универсальный инструмент бойца была новой. Однако, Ростислав Тодоров не только смог возвести её в абсолют, но и придать смелым решениям разумную форму. Конструктор не только собрал в своём изобретении всё лучшее, что уже знало ножевое производство, но и привнёс несколько по-настоящему новых идей. К числу наиболее ярких конструкторских решений Ростислава Михайловича следует отнести такие как: универсальное крепление (голень, пояс, бедро), ножны с продуманной гидродинамикой (сток воды), использование антибликовых и диэлектрических материалов, использование комбинированного режуще-пиляще-перекусывающего клинка.

Особенно стоит обратить внимание на то, что именно в ноже Тодоров впервые появилось овальное отверстие для установки съёмного рычага, что позволял превратить клинок в кусачки для проволоки. Обух ножа был оснащён мелкой пилой, которая была частью клинка, что делало её намного надёжнее предшественников. Наконец, монолитная рукоять из текстолита и алюминия обеспечивала невероятную стойкость конструкции к механическому и термическому воздействию. Наконец, конструкция ножа позволяла работать с проволокой под напряжением без риска получить испепеляющий удар током. В 1959 году нож был запатентован и принят на вооружение. Однако, в широкую серию «инструмент» так и не пошёл. Небольшая партия ножей Тодорова была выпущена исключительно для нужд подводного спецназа.

Вот только на этом история ножа Тодоров для подводного спецназа не закончилась. Ибо хотя детище Ростислава Михайловича и не прижилось в войсках, тем не менее оно оказало влияние на разработку многих последующих солдатских ножей, в том числе некоторых иностранных. Своими удачными конструкторскими решениями Тодоров, как бы сейчас сказали, задал тренд. Так конструкция Комбинированного ножа разведчика оказала прямое влияние на разработку универсальных штык-ножей для автомата Калашникова, в частности моделей 6Х2 и 6Х3. Более того, косвенно нож Тодорова даже на американский штык М9, что был создан заокеанскими специалистами в конце 1970-х годов. По словам самого Чарльза Финна, при разработке М9 он вдохновлялся, в том числе советским 6Х3.

В продолжение темы читайте в нарушение всех традиций: Winchester 1897 – оружие, которое хотели запретить немцы.