В руках канадского скульптора Дэвида Альтмейда человеческое тело перестает быть статичным сосудом и превращается в изменчивую территорию непрерывных мутаций. Работая в своей мастерской в Лос-Анджелесе, художник конструирует постапокалиптическую космологию, где смерть — это не абсолютный финал .

Вселенная Альтмейда держится на жутковатом балансе между изысканным и гротескным. В его знаменитой серии скульптурных голов филигранно проработанные черты лица внезапно сталкиваются с грубыми экспрессионистскими мазками, комьями неочищенной материи и жестким мехом. Порой архитектоника лица полностью опустошается, обнажая подземные полости, заполненные мерцающими кристаллами минералов.

Проникая внутрь черепа, Альтмейд разрушает традиционные границы, разделяющие царства животных, растений и минералов. Кварц и друзы здесь работают как самые настоящие батарейки, заряжающие объекты жизненной силой, а архетипический образ зайца служит подвижным катализатором подсознания. Застигнутые в вечной петле самосозидания, эти фигуры пересобирают собственную плоть, оставаясь живыми поэтическими окнами в невидимые энергетические системы, пульсирующие под кожей любой живой материи.