В 90-е годы самый знаменитый рудник Амурской области несколько лет находился в «замороженном» состоянии, но в ближайшем будущем имеет все шансы вновь послужить на пользу экономике страны. 

Об истории золотодобычи на Токуре и его перспективах мы расспросили директора по развитию минерально-сырьевой базы ГК «Атлас Майниг» Сергея Дюжева. 

— Сергей Валерьевич, в Год защитника Отечества и большого юбилея Победы хотелось бы услышать о вкладе золотодобытчиков в разгром фашизма. 

— В 1941 году на Токурском руднике была запущена золотоизвлекательная фабрика. Времена были тяжелые — стране требовалось золото. Всю войну предприятия подобные Токуру пополняли золотой запас и обеспечивали золотовалютные резервы, в том числе этим золотом шла оплата за поставки вооружения союзников 

У меня в распоряжении есть интересный документ — отчет с подсчетом запасов по золоторудному месторождению Токура на 1 июля 1951 года. Благодаря ему мы можем получить представление о жизни и работе людей в военные и послевоенные годы. 

Документ, несмотря на «давность веков», был рассекречен только в августе 2020 года. Это говорит о важности событий, которые были связаны с так называемым военным золотом.

— Можете привести какие-то интересные выдержки из этого документа?

— Представьте — 1951 год, жив еще И. В. Сталин, мы еще в космос не полетели… Тем временем в Токуре — «95 процентов населения занято на золотодобыче или на обслуживающих предприятиях. Сельское хозяйство не развито, все привозное. Имеется теплоэлектростанция на дровах. С турбиной мощностью — 750 киловатт». Такая же дровяная электростанция находилась в Харге, в Златоустовске. «Наличие лесных массивов позволяет бесперебойно обеспечивать нужды рудника дровами», — говорится в документе. «Хуже дело обстоит с водоснабжением», но там и сегодня с водой невесело. 

Добыча велась подземным способом, там было обнаружено два рудных тела. Пара слов о содержаниях золота. В среднем — это 40-60 грамм на тонну, очень богатые жилы. Для сравнения — сегодня мы работаем с содержаниями даже меньше одного грамма. 

— Военное время накладывало отпечаток на организацию работ?

— Во-первых, в Токуре работали с колес. Если по-хорошему, то сначала надо проводить комплекс геологоразведочных работ, которые позволяют полностью оценить перспективы объекта. И в зависимости от этого уже принимать какие-то проектные решения, проектировать фабрику, мощности, рисовать долгосрочный план… С Токуром все было не так. Шла война, стране требовалось золото. Поэтому закапывались, закапывались, закапывались… 

Еще один важный момент — на титуле нашего документа обозначено «Специальное главное управление при МВД СССР». Главный геолог треста «Амурзолото» обозначен в звании инженер-капитана. Главный инженер треста в звании — горный генеральный директор третьего ранга. То есть геология в те времена была ранговая, военизированная. Это говорит о стратегической важности отрасли. 

— Как сложилась дальнейшая судьба месторождения?

— После консервации Кировского месторождения фактически вся добыча рудного золота в Приамурье была представлена только Токуром. Переработкой руды в Амурской области больше никто не занимался. 

А теперь смотрите, что из себя представлял известный на то время Токур? Токур — это жилы. Жила — это нечто компактное (можно взять подземкой), при этом относительно богатое. Переработав малый объем руды, можно получить достойный объем золота. 

В советские годы начали отрабатывать эти жилы, вели тяжелую подземную разведку и обнаружили что выделяется еще один тип оруднения. Назвали его — «Минерализованная зона главного разлома». Ее определили где-то в 60-х годах прошлого века. Было установлено, что золото там тонкое, приурочено к минерализованное зоне, а содержание — 2 грамма, не больше. Для подземной отработки едва ли рентабельно. 

— Но ведь работы на жилах продолжались?

— Да, но самое обидное, что месторождения золота у нас небесконечны, невосполняемы. Рано или поздно запасы заканчиваются. 

Где-то в 80-х годах стало понятно, что запасы жил заканчиваются, началась оценка возможности вовлечения золота из зоны главного разлома. 

В 1988 году был составлен генеральный проект разведки данной зоны, но не успели — начались 90-е годы, стало не до горной отрасли. Хотя проект был большой, затратный и многообещающий. Все работы на Токуре прекратились в 1994 году.  

— Получается, с 1994 года попыток вернуться к Токуру не было? 

— Не совсем так. Попытки заняться зоной главного разлома предпринимались в 2007-2010 годах. Проводились определенные работы, но тогда у нас еще не было технологии переработки упорных руд. Вопрос был до поры отложен. 

— Почему именно сейчас решено вернуться к Токурскому руднику?

— Во-первых, это связано с макроэкономической ситуацией — золото сейчас в цене. Во-вторых — технологии не стоят на месте. У нас меняются методы добычи, меняются методы извлечения. То, что раньше добывать считалось невыгодным, сейчас уже — рентабельно. 

С вводом в строй Покровского автоклавного гидрометаллургического комплекса, мы стали способны перерабатывать упорные руды. 

Пока говорить о конкретных запасах месторождения рано, но зона однозначно перспективна. О подробностях будущего производства и технологиях пока говорить рано. Все полученные результаты будут изучаться, анализироваться и так далее. Однако, не исключено, что в Селемджинском районе будет сформирован новый горный кластер. 

Геологическое изучение Селемджинского района началось еще в 1840-е годы. Это были самые первые первопроходцы. В 60-70-е годы XIX века были открыты богатые россыпи Верхнего и Нижнего Мына. Далее, по классике, начались поиски россыпей в окрестностях. Золотоносность рек Большой и Малый Караурак, впадающих в Селемджу, и их притоков, стала известна в конце XIX века. 

Первые заявки на земельные отводы по Большому Караураку (прииски Софие-Сергеевский и Святителе-Иннокентьевский) были сделаны в 1892 году. Наибольшая добыча россыпного золота по ключам Челогор и Токур производилась в 1905-1910 годах.

В 1938 году в геологоразведочный отдел бывшего Мынского приискового управления поступило несколько устных заявлений от управляющего прииска «Союзный» о том, что с ключа Токур старатели сдают совершенно неокатанное, рудное золото.

В том же году ключ Токур посетили и осмотрели главный геолог Мынского приискового управления инженер-геолог К. И. Казанцев и техник-геолог М. И. Селезнев. В долине ключа они нашли обломки кварцевой руды с видимым золотом. Это послужило основанием для проектирования в этом районе поисков на 1939 год.

18 августа 1939 года в долину ключа Токур пришел геолого-поисковый отряд в составе пяти человек под руководством коллектора С. Ф. Абрамова. Поиски начались с рекогносцировочных маршрутов по ключу и ближайшим окрестностям. Первые же незначительные разведочные работы увенчались успехом. 7 сентября разведочной канавой на одном из склонов было обнаружено рудное тело, которое получило название «Жила первая». 

День 7 сентября 1939 года является датой открытия рудного месторождения Токур. 10 сентября другой канавой вскрыта еще одна жила. К началу зимы 1939 года по результатам проведенных работ уже были видны хорошие перспективы месторождения и встал вопрос о разведке жил на глубину.

И стало понятно, что поселку быть…

Фото: ГК «Атлас Майниг»