Читать ria.ru в

МОСКВА, 18 июн — РИА Новости, Наталья Дембинская. В Бельгии наложили арест на активы Google Belgium в размере 115 миллионов евро. Иск подавала российская "дочка" — ООО "Гугл". Ранее то же самое произошло во Франции и ЮАР. Чего требуют от ИT–гиганта и каковы перспективы дела — в материале РИА Новости.

ООО "Гугл" добивается исполнения решения Арбитражного суда Москвы о взыскании средств со структур американской корпорации. В частности, основного долга — это около десяти миллиардов рублей, заблокированных из-за санкций и внутренних распоряжений материнской компании.

Ранее активы Google по искам российской стороны арестовали во Франции и ЮАР.

«

"Это крайне неприятно для операционного бизнеса. Например, если были запланированы какие-то сделки, их придется поставить на паузу", — объясняет Михаил Болдырев, руководитель практики "Цифровизация" КСК ГРУПП.

Но бельгийский суд вовсе не обязан признавать решение московского, уточняет Андрей Суворов, старший юрист GSL Law & Consulting. Между странами нет договора о правовой помощи по гражданским делам.

Иски подавали и несколько российских телевещателей. Претензии связаны с отказом восстановить их аккаунты на YouTube.

Сумма, которую пытаются взыскать, — астрономическая. Арбитражный суд Москвы назначил колоссальную прогрессивную неустойку, растущую в геометрической прогрессии. Уже сегодня это квинтиллионы рублей — в триллионы раз больше мирового ВВП и всех денег мира.

Разумеется, получить столько невозможно ни технически, ни юридически.

Однако смысл исков не в этом. Задача — принудить материнскую компанию соблюдать российские законы и наказать за корпоративный саботаж.

Арест активов Google в Бельгии и других юрисдикциях — это обеспечительная мера. Цель — предотвратить попытки реструктуризировать или подвести под процедуру банкротства бельгийское подразделение.

Следующий шаг — рассмотрение иска по существу. Google Belgium и Google International LLC имеют право обжаловать арест активов.

«

"В данном случае речь идет о признании решения, не окрашенного какими-то политическими требованиями. Суд подтвердил обязанность материнской компании (все активы которой находятся за рубежом) вернуть полученные дивиденды. Так что шансы взыскать средства есть", — считает Андрей Суворов.

Однако, добавляет Болдырев, не стоит рассчитывать на быстрое и автоматическое списание 115 миллионов евро.

«

"Тут требуются процедуры признания и приведения в исполнение решения российского суда. Многое зависит от позиции конкретного иностранного судьи, санкционного контекста и местного законодательства. На Западе могут ссылаться на "публичный порядок" для отказа во взыскании", — поясняет юрист.

Россия одержала тактическую победу, но предстоит дальнейшая непростая борьба.

Например, суд в Париже арестовал сто миллионов евро на счетах Google Ireland, однако позже Верховный суд Франции поставил под сомнение законность такого взыскания, и разбирательство продолжается.

«

Таким образом, отмечает Болдырев, реализуется стратегия "веерных" исков: ООО "Гугл" предъявляет претензии на активы материнской компании по всему миру, включая нейтральные или дружественные страны (в частности, ЮАР).

В июне Девятый арбитражный апелляционный суд поддержал решение нижестоящей инстанции о взыскании 160,3 миллиарда рублей с Google Ireland Limited, отклонив апелляционные жалобы этой компании и американской Google International LLC.

Конкурсный управляющий ООО "Гугл" оспорил две сделки и платежи в пользу Google Ireland, считая их незаконными и связанными с санкционным контекстом и уходом Google с российского рынка рекламы.

Активы Google арестованы в Турции, Сербии, Армении, Киргизии и ряде других государств.

В юрисдикциях стран БРИКС шансы довести дело до реального списания средств, конечно, выше, чем в Европе.

Вместе с тем, подчеркивает Суворов, этот крупнейший за последнее время кейс трансграничного банкротства может сформировать позитивную практику признания и приведения в исполнение вердиктов российских арбитражных судов за границей.

Традиционно в делах о банкротстве страны ожидают друг от друга взаимности, уточняет юрист. Это открывает широкие перспективы для всего российского правосудия: укрыть активы за рубежом иностранным компаниям, которые попытаются бросить бизнес в России с неисполненными обязательствами, станет сложнее.