Если говорить о демографических контурах мира, то в ближайшие десятилетия риски связаны не с депопуляцией, а, напротив, с ростом численности населения, который распределяется крайне неравномерно и поднимает вопрос доступности различных ресурсов, включая такие базовые, как вода и продовольствие. Согласно среднему варианту демографического прогноза ООН (2024 год), численность населения Земли продолжит расти вплоть до 2084 года, когда она достигнет 10,3 млрд человек (по сравнению с нынешними 8,3 млрд). В конце XXI века численность населения мира будет составлять 10,2 млрд человек.

В России численность населения снижается, но темпы этого сокращения ниже, чем в ряде других стран. Согласно демографическому прогнозу Росстата, на 1 января 2046 года численность населения России будет варьировать от 130,6 млн до 150,9 млн человек — в зависимости от предположений относительно уровней рождаемости, смертности и миграции. В соответствии со средним сценарием прогноза Росстата численность населения в начале 2046 года составит 138,8 млн человек, а по среднему сценарию прогноза ООН — 137,1 млн человек. В конце столетия в России, по среднему сценарию прогноза ООН, будут проживать порядка 126,4 млн человек.

Масштабы нашей депопуляции (на 12–13% за три четверти века) не идут ни в какое сравнение с депопуляцией Китая или Южной Кореи, в которых численность за этот же период сократится более чем вдвое (в 2,2 и 2,3 раза соответственно), или даже Бразилии, где она уменьшится почти на четверть (23%).

Современные экономические исследования — как теоретические, так и эмпирические (основанные на исторических рядах данных) — показывают, что депопуляция, как и старение населения, не создают по умолчанию рисков для экономики, поскольку они, напротив, могут стимулировать технологические инновации и автоматизацию производств.

Например, сочетание резкой депопуляции с усилением концентрации населения в отдельных городских агломерациях — то, что прогнозируется, например, в Южной Корее,— создает риски обезлюживания территорий, нарушения инфраструктурной целостности и потери контроля над территориями. Сохранение численности населения за счет интенсивного миграционного притока чревато усилением этнической и культурной неоднородности населения, ростом социально-политической напряженности.

В России основной вклад в депопуляцию вносит устойчиво низкая — ниже уровня простого воспроизводства — рождаемость. При этом снижение смертности в нашей стране происходит достаточно медленно — и по показателю ожидаемой продолжительности жизни мы отстаем не только от стран с сопоставимым уровнем экономического развития, но и от многих менее развитых: в 2023 году ожидаемая продолжительность жизни при рождении составляла в России 73,4 года, что соответствовало 120-му месту в рейтинге всех стран мира.

Это приводит к территориальным различиям в возрастной структуре населения, к значительному превышению числа женщин над мужчинами в старших возрастах и, как следствие, к одиночеству в старости. Эти социальные и пространственные дисбалансы в большей мере мешают устойчивому экономическому и социальному развитию, чем собственно депопуляция.

Управлять демографическими процессами чрезвычайно сложно. Легче всего взять под контроль легальную миграцию. Через повышение доступности общественного здравоохранения, качества медицинских услуг, развитие медицинских технологий, инструменты по распространению здорового образа жизни можно влиять на смертность. Но даже здесь есть социальные факторы — такие, как, например, неравенство, неопределенность будущего, которые могут становиться барьерами на пути роста продолжительности жизни.

Наименее поддающийся управлению в современных обществах параметр — это рождаемость. В мире нет ни одного примера страны, сумевшей после снижения рождаемости ниже уровня простого воспроизводства поднять ее до значений, намного превышающих этот уровень. В настоящее время рождаемость снижается практически во всех странах, включая государства с достаточно консервативными ценностями и сильной религиозностью, кроме наименее развитых и наиболее бедных.

Это не означает, что не надо противостоять этим тенденциям; напротив, важно понимать, что, для того чтобы рождаемость не опустилась до экстремально низких значений, необходима комплексная политика, как прямо связанная с поддержкой рождений и семей с детьми, так и более широкая — направленная на усиление макроэкономической стабильности, расширение доступности хороших рабочих мест, доступности жилья, снижение неравенства, рост качества жизни всего населения.