«Идиллия с самбийского берега» Балтийское побережье исполнено чарующей невинности и ...

Дата публикации: 31-08-2026 20:58:32

«Идиллия с самбийского берега»
Балтийское побережье исполнено чарующей невинности и сдержанности, словно пасторальная сцена. Волны мерно колышутся в мелодичном ритме, белые гребни бегут к берегу; порой пронзительно вскрикнет трепещущая чайка — единственная живая душа на этой малолюдной полосе берега. Время от времени волна выбрасывает на песок водоросли, а вместе с ними — сверкающий кусочек янтаря, подарок для любопытного ребёнка. Редко выныривает из воды тюлень и греется на камне. То тут, то там рыбак выводит лодку в синее море, чтобы забросить сети, а вдалеке, подобно призрачному видению «Летучего голландца», оттеснённому от берега мерцающим огнём маяка Брюстерорт, скользит парусное судно — купеческий корабль, идущий в Ригу или Петербург, с грузом для торговли с «варварами».
Никто не в силах устоять перед тихой поэзией этой балтийской прибрежной оазисной тишины. Как верблюд, истомившийся от жажды, бросается к водопою, так и кёнигсбергский учёный, изнывая от бесконечного семестра перед дюжиной юристов, читавший до этого древности у Гейнекция, «Edictum perpetuum», конституции, «Antiquitates» и прочие превосходные сочинения, устремляется к лону природы. Волнующе видеть, как профессор прижимается к груди природы. Я всякий раз заново испытываю человеческое волнение при виде этой пасхальной сцены из «Фауста» — самого немецкого из всего, что написал Гёте: там профессор Фауст гуляет с Вагнером и, посреди экстаза от слияния с природой, у него невольно срываются слова, будто взятые из университетской лекции: «Но солнце не терпит белого».
Кёнигсбергский Вагнер на самбийском берегу — уже не тот фамилиар Гёте: лишь спустя четыре недели каникул он вдоволь насмотрится на леса и поля. Сколько раз я подслушивал, как этот возвышенный Вагнер, забыв про Библию и пандекты, лежал, растянувшись у куста розмарина, с мечтательно поднятыми к облачками глазами, и всё ещё мог, опираясь на свой «Космос», верно назвать их «cirrus»; правда, не знаю, не являлись ли ему порой наверху четыре всадника Апокалипсиса или пятеро мужей с роскошными изданиями Феодосиева кодекса в руках. Но я видел, как он упивался сладкой сутью жизни, поэзией, и слышал, как он тихонько напевал себе под нос оду Петрарки: «От сна ко сну, от горы к горе ведёт меня любовь».
Но поднимемся на белый прибрежный дюнный склон, сядем где‑нибудь на древнем кургане (местные жители называют такие «капорн»), под которым покоится урна с прахом одного из диких вождей — тех самых, чьи живые образы вы могли видеть на гравюрах в хронике Харткноха фон Пассенхайма. Вскоре перед нами замелькает пёстрая купальная публика: как только пригреет послеполуденное солнце, всё приходит в движение — все спешат «устроить вылазку»: в лес к Варникену, к маяку Брюстерорт, к Вильгельмсхорсту и Хаузенбергу, за покупками…
Дорога вскоре покрывается клубами пыли — позади едут повозки, изредка попадается городской экипаж, ведь гужевой транспорт используют в основном для нужд рыбака и пахаря. Четыре маленьких, едва различимых для натуралиста животных тянут шестиместный экипаж, конструкция которого столь же невыразительна, сколь и необычна; в нём в весёлой сумятице разместились двенадцать или двадцать купальщиков. Хогарт не преминул бы изобразить такую сцену.
Пляжная жизнь для кёнигсбержца — это своего рода карнавал, когда он вдруг ощущает желание преобразиться. Гардероб меняется в одно мгновение: фрак, атласная жилетка, шёлковое платье, касторовая шляпа остаются висеть в городском шкафу. Мать семейства собирает поношенные вещи всей семьи, ведь «для деревни этого вполне достаточно».
Того самого господина Гольдмайера, которого вы ещё восемь дней назад видели в опере — он ехал туда, словно маркиз, — теперь вы встречаете на пляже в облике разорившегося человека. На нём поношенный конторский сюртук и крайне потрёпанные брюки: ведь «для деревни этого вполне достаточно».
Мадам Гольдмайер, которую вы видели на художественной выставке в роскошном наряде — она восхищалась «Пропилеями» в Афинах и восклицала при виде живой греческой группы: «Какое бойкое народце, эти Пропилеи!» — теперь, на пляже, носит простое коричневое платье из камелота и поношенные лайковые перчатки. Зато её очаровательная, красивая дочь одета в бледно‑розовое платье, а на её головке лихо сидит прелестный пастуший чепчик с развевающимися лентами.
Старики маскируются под бережливость, молодёжь — под романтику. Коммерции советник превращается в Робинзона, профессор — в Диогена, молодой правительственный советник — в Ринальдо, директор гимназии — в прелестного швейцарского мальчика, пастор — в дикого человека: на нём незашитый сюртук, а в руке — ветка. Поэты и художники позволяют белым рукам обвивать розами их шляпы и украшать их цветущим вереском.
А юные дамы тем временем делают здесь первые застенчивые опыты эмансипации: учатся смело садиться на своего пляжного конька и, доверившись кавалеру у экипажа, осторожно пускают лошадку рысью. Причудливый наряд лишь усиливает очарование этой сцены. Дамы рисуют себе, как бы выглядели на полотне молодые девушки — эти первые робкие этюды в искусстве свободы…
Иной раз покажется, что вся эта самбийская загородная прогулка — словно кавалькада, собранная нарочно, чтобы представить зрителю всю палитру городских типов. Тут и рыбацкий, и крестьянский экипаж, взятый на час напрокат; четыре крохотных, почти неуловимых для взгляда натуралиста лошадки тянут нелепый шестиместный экипаж, где в весёлой неразберихе теснятся купальщики. Хогарт был бы в восторге от такой композиции.
Но вот дорога уходит в сторону от берега, и перед нами открывается совсем иной вид: песчаные дюны сменяются зелёными лугами, а вдали, на фоне неба, темнеет полоса древнего леса. И тут, словно по волшебству, меняется и сам тон этой пляжной комедии: шум и суета остаются позади, и наступает та самая тишина, ради которой сюда и стремились.
Фердинанд Грегоровиус

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	De profundis 1. Не глянет больше Солнце в бедный дом, ...	0	7.3	18-08-2026
2	Из книги: " Устав, как Одиссей, от путешествий в жизнь." ...	-2	6	02-07-2026
3	Путаешься в купальнике – лямки, резинки, бретельки. Подвернулось, отцепилось, «вернись, ...	0	4.83	06-08-2026
4	Весеннее На каждом дереве — по шапке, Источник снегом замело, ...	0	8.37	14-08-2026
5	Путаешься в купальнике – лямки, резинки, бретельки. Подвернулось, отцепилось, «вернись, ...	0	4.97	29-07-2026
6	#затмение #точкаотсчета #алхимияпути #такаяработа #Балтика #Небо_Плюс #новоесолнце #длясвоих П _ ...	0	6.69	24-08-2026
7	петуньи – цветущие вздохи они не читали Тютчева Не выбираешь ...	0	5	02-07-2026
8	/батл/космос любви/ поэзия Тулы/ [id714245122|Валерий Савостьянов] — поэт, члени Союза ...	0	5	27-06-2026
9	Как сладко знать, что ты на свете есть, И засыпать ...	0	5.51	28-08-2026

Классификация: Арктика. Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 0. Информативность: 6.63. Источник: vk.com.