Так, источник turkmen.news раскрыл новые факты о том, откуда вообще взялись многодневные переработки.

Но сначала — пара слов о йоде. Его добывают из термальных вод, а в Туркменистане — из йодобромных в Балканском велаяте. Выпуская всего 525 тонн сырья в год, страна является одним из мировых лидеров по его производству. Для сравнения: карбамида Туркменистан производит свыше миллиона тонн в год, что в 20 раз больше йода; с другой стороны, тонна карбамида стоит менее 500 долларов, тогда как тонна йода — свыше 60 тысяч долларов, причём цена заметно выросла в последние годы.

В общем, йод мал да удал и, видимо, стал привлекать больше внимания туркменского руководства. Об этом говорят и планы нарастить йодное производство на государственных заводах — «Берекете» и «Балканабаде». В конце 2023 года «Туркменхимия» объявила, что будет разрабатывать несколько новых месторождений, в том числе Терс акан. Оно должно было стать четвёртым активным месторождением «Берекета». Воды Сейткердере и Куйляр предприятие уже давно и активно использует, а на Чукургуйы строило установку «силами специалистов завода», как утверждается на сайте концерна.

Но строительство на Терс акан должны были выполнить не заводчане, а победитель тендера, причём международного. На работы были выделены огромные бюджетные средства. Только достались они не известному мировому девелоперу и не надёжному местному игроку, а… «своим» людям Велиевых. Терс акан, как и остальные месторождения, находится в горной местности, вдали от людских глаз, — чего проще расхитить в этом случае деньги и скрыть темпы строительства…

Однако сейчас отставание достигло той точки, когда завод просто не получает достаточно сырья для производства. Новое месторождение уже должно было давать йодобромные воды, но их нет. Похоже, в попытке прикрыть предыдущее преступление своей семьи Велиев прибег к новому — торговле людьми. Именно так Уголовный кодекс Туркменистана квалифицирует привлечение людей к принудительному труду. Учитывая массовый характер «субботников», а также использование директором должностного положения и его сговор с начальником отдела кадров Ровшеном Атаевым и бухгалтером Аширберды Нурбердиевым — деяние тянет на лишение свободы сроком от восьми до пятнадцати лет.

Велиевы верховодят на «Берекете» и в целом в регионе целыми поколениями; но при этом нынешнее лицо их клана Вели Велиев даже не потрудился развить необходимые компетенции в том, чем он занимается. Вдобавок ко всему Велиев не считает нужным участвовать в проводимых на производстве совещаниях.

Всеми административными, хозяйственными и производственными вопросами на предприятии фактически занимаются два его родственника: по отцовской линии это Сохбет Гараев — он занимает должность начальника производственного цеха, и по линии матери — Гуйчмырат Меретджаев, у которого простая должность механика по обслуживанию транспортных средств завода. Несмотря на довольно скромный статус, именно они ведут все дела.

«Йодный завод “Берекет” — это империя семьи Велиевых. В организации работает много других родственников и односельчан Велиева, которые защищают руководство; говорят, что эту гору нам не сдвинуть», — рассказывает источник turkmen.news.

Однако вызов Вели Велиева в Ашхабад показал, что эта «гора» уже пошатнулась. Правительство и спецслужбы Туркменистана меньше всего любят, когда проблемы выходят в публичное поле, и поэтому именно таким способом люди могут добиться реакции на беззаконие и произвол на предприятиях. Увольнение и уголовная ответственность за свои действия для таких, как Вели Велиев, важны потому что разрывают порочный круг безнаказанности.