Учителям напоминают: держите себя в руках, а руку — на гражданском кодексе. Ни одного бузотера или мамкиного блогера нельзя просто выгнать из класса, даже если очень хочется. «Закон об образовании устанавливает закрытый перечень дисциплинарных взысканий: замечание, выговор и отчисление, — перечисляют в Совфеде. — Нельзя «оставить после уроков» и «лишить перемены». «Нельзя» закреплено в законе №273-ФЗ и приказе Минпросвещения №243».

Почему нельзя? Потому что, даже если перед нами двухметровый старшеклассник, его нельзя оставлять без надзора в соответствии со ст. 41 Федерального закона «Об образовании». Он должен быть на виду. В этом году норму еще «подкрутили», и решение об удалении ученика из класса может принимать только уполномоченный сотрудник администрации (директор или его зам), а не учитель. И это решение, которое ни один здравый администратор никогда не примет.

Нельзя к тому же задерживать ребенка в классе после уроков в качестве наказания (и уж тем более, как профессор Амбридж в «Гарри Поттере», пускать в дело легкие пытки). Потому что… у нас СанПиНы. «Удержание без ведома родителей — риск для безопасности: ответственность за ребенка несет школа, а родитель не уведомлен», — напоминает сенатор Мурог, ссылаясь на санитарные правила 2.4.2.4283-26.

А вспомним советские прошлое: учителю что-то не нравится, и он линейкой — хрясь! Хорошо, если по парте, а не по шее. Теперь такого нет, и даже подумать страшно. Физическое и психическое насилие над детьми в школе запрещено категорически. Обоснование — не только слом общественного паттерна на более травоядный, но и сонм статей того же Закона «Об образовании» (в части 3 ст. 43, в части и 9 ст. 13, если конкретно). Уточняется, что под психическим насилием выступает привычка распространять угрозы, запугивание, унижение, а также методы, наносящие вред психическому здоровью учеников. То же — в Модельном кодексе профессиональной этики педагога: «Уважать честь и достоинство учеников и не допускать грубости, пренебрежительного тона и оскорблений». И всегда исполнять законы… учительского союза.

Нельзя поддерживать дисциплину, оставляя ребенка без перемены, без обеда (или, наоборот, заставлять доедать все с тарелки, занимаясь пищевым насилием). Нельзя ставить в угол. И — ставить двойки, занижать оценки по предмету (даже за самое свинское поведение на уроке).

В общем, девальвировались учительские меры борьбы со школярами — дальше некуда. А ведь были когда-то, например, розги, они же хлесткие ивовые или березовые прутья, заботливо вымоченные в соляном растворе. Или батоги (это палки такие). Да что там — плети-трехвостки. Или в угол на горох. Или «черная доска» порицания. Разжалование из первых учеников в не-первые… Или поставить непокорного на табурет — пусть на него весь класс пальцем показывает. Для рецидивирующих непосед предусмотрен карцер. Ну, это, конечно, совсем давно.

Сегодня ради попыток поддержать порядок в классе учитель только и может что урезонивать хулигана словами, и если не получится, вызвать дежурного администратора. Если вдвоем не справятся, задействовать службу медиации. Могут поставить на внутришкольный учет, а при систематических нарушениях — обратиться в полицию по делам несовершеннолетних (ПДН). Минуя цепочку, заметим, что даже полиция многим не указ.

С этого учебного года в стране разворачивается эксперимент по внедрению оценок за поведение в 2-8-х классах. Педагоги возлагают упования: мол, вот он, рычаг, который перевернет все. Вот жупел для хулиганья, он пресечет поток выходок и хамства в школе…

— Введение оценки за поведение — это действительно попытка сместить баланс в сторону учителя, — говорит эксперт в области образования, преподаватель Мария Бушуева. — Но, предлагая защиту для педагога, оценка должна оставаться дисциплинирующим инструментом, а не наказанием, не должна влиять на аттестат (и это обещают). Вроде бы в дисциплинарную оценку заранее заложили предохранители — такие, как коллегиальность: оценку выставляет не один учитель, а коллектив педагогов (классный руководитель советуется с предметниками и психологом). И право ученика на апелляцию. Но я уже читаю отчеты с мест, что все-таки ставит классный руководитель единолично. А чтобы обжаловать, в школе должна работать комиссии по урегулированию споров. Что если ее там нет?..

При этом я считаю, что оценка — очень неплохая идея, поскольку учителю сейчас бывает непросто добиться тишины и внимания в классе. И классы разные, и шалят в них зачастую вовсе не маргиналы, а сытые благополучные дети. У них в 14-16 — возраст подросткового бунта, а дома не с кем воевать, родители продвинутые, понимающие… Дети и несут «бунт» в школу. Перекос прав существует. Чтобы его убрать, оценка за поведение обязана стать взвешенной, а не субъективной.