Активное развитие новых технологий существенным образом трансформирует структуру глобальной экономики. И это приводит к постепенному накоплению проблем роста. Одной из которых являет противоречие между скоростью внедрения инноваций и способностью институтов регулирования адекватно регламентировать их применение.

Ситуацию усугубляет то, что технологическая гонка между ведущими государствами снижает стимулы к введению жестких правовых и этических ограничений. Национальные государства стремятся зафиксировать лидерство в сфере искусственного интеллекта, полупроводников и биотехнологий, рассматривая эти области как основу национальной безопасности и экономического суверенитета. Но в то же время политики осознают, что внедрение регуляторных барьеров внутри одной юрисдикции создает риск утечки капитала, исследователей и инфраструктурных мощностей в другие страны.

Возможности национальных государств ограничивает и наличие информационных преимуществ и преимуществ в компетенциях у транснациональных корпораций. Разработчики технологий быстрее выявляют риски и возможности новых систем. И это само по себе сужает возможности государства с точки зрения эффективного контроля за инновациями. Именно поэтому поиск адекватного регулирования новых технологий смещается в сторону гибридных форм управления. Государство, конечно, сохраняет за собой монополию на нормативное закрепление правил, легитимное принуждение и установление ответственности, однако утрачивает способность самостоятельно формулировать технические стандарты. Однако эффективный субъект регулирования формируется на стыке областей государственного надзора, корпоративного самоограничения и выработки международных стандартов.

Национальные правительства определяют границы допустимого использования технологий, исходя из защиты прав граждан, сохранения социальной стабильности и национальной безопасности. Частные компании обеспечивают техническое исполнение этих нормативных требований, создавая стандарты оценки рисков, протоколы тестирования и архитектуры безопасного взаимодействия. В то же время они влияют на архитектуру безопасности на этапе проектирования продуктов, закладывая технические ограничения, например, непосредственно в программный код и аппаратные решения. Равным образом технологические компании регулируют применение своей продукции через условия использования. Международные организации концентрируются на выработке базовых стандартов, препятствующих регуляторному демпингу, формирование общих реестров проверенных технологий и единых методик сертификации.

Механизмы контроля над технологическим развитием все больше смещаются в сторону управления цепочками поставок физической инфраструктуры. Доступ к высокопроизводительным процессорам, специализированному оборудованию для литографии и специализированным дата-центрам выступает зачастую более эффективным рычагом воздействия, чем попытки юридического запрета программных продуктов.

Экономические стимулы постепенно меняют отношение корпораций к необходимости правовых рамок. Неопределенность в вопросах юридической ответственности, например за ущерб, причиненный алгоритмическими системами, создает существенные финансовые риски для инвесторов и разработчиков. Четкие правила игры, закрепленные на законодательном уровне, снижают операционные издержки, формируют понятный рынок страхования технологических рисков и обеспечивают прогнозируемость инвестиций.

Шансы на выработку эффективной системы регулирования внедрения инноваций во многом зависят от способности властей национальных государств переключиться с модели жестких запретов, сконцентрировавшись на использовании инструментов динамического управления рисками, таких как регуляторные песочницы, требования к прозрачности, обязательный аудит и сертификация.

В целом баланс между сохранением темпов экономического роста, обеспечением инновационного развития и минимизацией сопутствующих рисков достигается путем непрерывного согласования интересов всех участников гонки. Необходимость защиты критической инфраструктуры, предотвращения социальных дестабилизаций и обеспечения экономической устойчивости заставляет даже наиболее агрессивных игроков рынка принимать правила игры. Степень зрелости системы регулирования будет определяться не количеством запретов, а глубиной интеграции требований безопасности в процессы разработки и масштабирования новых технологий.