Андрей Рудалёв

Публицист, писатель, литературный критик

Прошла информация, будто украинский министр обороны Фёдоров убеждал своего шефа, что не будет никаких проблем из-за присвоения бригаде ВСУ имени кровавых нацистских прихвостней. Как тут не вспомнить бурные аплодисменты в канадском парламенте карателю Гунько и ритуальное принятие нацистской эстафеты Зеленским. Позже тоже стало неудобно, попытались оправдаться и замять. Но коричневые уши, вновь воспринимаемые цивилизованным миром в качестве оружия против нашей страны, отчётливо торчат. Не отмоешься.

Показательной оказалась недавняя скандальная история, когда после очередной украинской героизации палачей в Польше, памятуя о Волынской резне, заговорили о границах, за которые нельзя переходить, а самого киевского узурпатора лишили ордена Белого орла. Не орёл он теперь. Театр абсурда какой-то, будто из рекламы горячительного 1990-х — осталось только балетную пачку напялить, чтобы орлом представляться. Было бы смешно, если бы не было так грустно. То ли пытаются дрессировать режим, то ли плохо понимают, что с ним делать. Пестуют зверя, полагая, что ручной и скачет на задних лапах. Но зверь на то и зверь: в любой момент может схватить за горло самих хозяев.

Впрочем, в этой ситуации изначально было понятно, что милые бранятся. Польше надо было поднять значимость в любовной коммуникации с режимом Незалежной. Устроить показательный демарш с демонстрацией кнута. Зеленский не орёл, но это никак не сказалось на поставках вооружений через Польшу, на подпитке режима. Не пошатнуло во властных кругах Варшавы маниакальную ненависть к России, не пробудило память, не прояснило разум. Не вернуло осознание того, что если и говорить о границах допустимого и принципах, то надо вспомнить, что именно Красная армия вбила осиновый кол нынешним героям Киева, которые так раздражают Польшу. А ведь теперь в том числе она вытащила этот кол, реанимировала монстра и щедро его напитывает.

Очевидно, что информация о Фёдорове идёт в качестве антикриза Зеленского. Дескать, не виноват он, вокруг пальца обвели. Министра обороны пытаются сделать крайним, что удобно, особенно на фоне охлаждения к нему киевского узурпатора. Уже в момент разрастания скандала на Украине раздавались голоса: дескать, Зеленского подставили, чтобы спровоцировать кризис в отношениях с Варшавой. Даже возникало слово «измена».

Впрочем, о каком спровоцированном кризисе или недоразумении может идти речь, когда пресловутые «герои УПА*» — трухлявая сердцевина режима. Как бы он ни камуфлировался, они всё равно вылезут и примутся озираться по сторонам в надежде устроить новую резню. Режим и рождался в вареве «майдана» со скачками и криками «москаляку на гиляку». Европу — и конкретно Польшу — это обнадёживало и радовало. Там рукоплескали «героической» поступи, пока эти «герои» не касаются их. Если они резали и режут русских, то можно на это закрыть глаза и всегда оправдать. Для той же Варшавы есть границы, которые нельзя пересекать, а применительно к России, видимо, можно всё. Здесь другие мерки. 

Но вот незадача: режут не только русских. Как бы ни переписывали историю Второй мировой, но пришлось вспомнить. Своя кровь оказалась не водицей.

Теперь наглядно видно, как в прошлом веке вскармливали нацистскую гидру, которую ориентировали против советской угрозы. Такие же тепличные условия для коричневой плесени создали в Незалежной. Впрочем, для этой заразы нет границ. Если так пойдёт, то скоро Украиной станет вся Европа, где будут носить на руках своих преступников и людоедов.

Нынешний пример с «героями УПА» наглядно свидетельствует, что общеевропейское сползание к прямому противостоянию с Россией никак не соответствует их коренным интересам. Это нацистский морок, вызванный давними комплексами, а также неспособностью Старого Света меняться и преодолевать тёмное в себе. Так торгуют и своей кровью, вновь ставя её на кон.

* «Украинская повстанческая армия» (УПА) — украинская организация, признанная экстремистской и запрещённая на территории России (решение Верховного суда России от 17.11.2014).

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.