В статье Politico довольно много сказано о том, что связывает Пателя и РФ. И это ровно одна тема – он, будучи членом команды Трампа, разбирался с «Рашагейт», созданным демократами делом о якобы имевшем место вмешательстве РФ в выборы президента США с целью помочь Трампу. Усилия Пателя не пропали даром, было доказано, что дело сфальсифицировано. Что, однако не помешало самому Трампу с неделю назад на основании данных, обобщенных разведсообществом США, заявить, что РФ, как и Китай и ряд других стран и групп в выборы в США вмешивались, хотя и не в его пользу. Наверно тогда  — в пользу Хиллари Клинтон или Камалы Харрис, не иначе. 

Впрочем, предложенная изданием информация это, скорее всего, ложный след. Нетрудно понять, что добывать в Москве доказательства ее непричастности к указанному делу, а тем более к причастности, так себе затея и в части реализации, и в части ценности результата. И уж отправлять для этой цели столь высокопоставленного чиновника дело и вовсе подозрительное. Поэтому о возможных целях приезда в Москву директора ФБР МК попросил рассказать главного научного сотрудника Института США и Канады им. Г.А. Арбатова, политолога Владимира Васильева.

-Зачем Пателю ехать в Москву? Ни одной рациональной причины не просматривается. За доказательствами по «Рашагейт»? Как-то неразумно. И зачем ждать до середины октября?

-Что я могу сказать? Есть, наверное, проблемы, связанные с координацией какой-то антитеррористической деятельности. Америка ведёт войну с Ираном, и он грозит проведением соответствующего рода террористических актов, и даже взял уже на себя ответственность за смерть Линдси Грэма, хотя, по моим понятиям, он не имеет никакого к этому отношения, но тем не менее. И в этом плане, может быть, здесь есть какие-то соображения, связанные с возможным покушением на Трампа. Аналогичные моменты могут быть высказаны и в отношении российского президента. Думаю это может быть безопасность высших лиц государств. Может быть, здесь имеют место какие-то договорённости. Хотя, в принципе, ситуация и так горячая, можно было бы и сейчас приехать, но тем не менее, говорят, что  перед выборами. 

В данном случае мы можем много о чем гадать, но у меня есть одно ощущение. Это связано именно с предвыборной кампанией в Соединённых Штатах Америки и с возможным в каком-то смысле вмешательством. Кстати, учтите, Патель считается человеком, помешанным на конспирологии. Мистер Патель — это мистер конспирология.

Сегодня, перед выборами, администрации Трампа нужен очень серьёзный компромат на лидеров Демократической партии, на ее кандидатов и так далее. То, что можно назвать «Рашагейт»  наоборот. 

Координации антитеррористической деятельности всегда была, по большому счёту — есть свои соглашения, насколько я понимаю, между ФБР или Национальным контртеррористическим центром США и нашим ФСБ, и иногда про это говорили. Но помимо какой-то координации, у меня такое ощущение, что сегодня, может быть, имеет место какая-то такая деликатная договорённость, может быть, чтобы Россия чем-то поделилась. И вот здесь начинается вторая тема: в чём смысл визита?

В условиях, когда все системы связи, если так можно выразиться, дырявое решето, если есть какая-то чувствительная информация, то получение её важно по принципу из рук в руки. Её нельзя послать по почте, передать по, я не знаю, каким-то другим каналам, она должна быть вручена лично —только для глаз президента. И если такая информация будет получена, то будет доведена до сведения Трампа по этому принципу.

Тут есть два момента. Первый связан именно с получением какой-то информации, компрометирующей демократов.

Здесь, возможно, администрация исходит из того, что любой демократ, который придёт к власти, с руководством России дела иметь не будет никогда и ни при каких условиях. Поэтому Россия мало что теряет, если отдаст компромат на демократов. Если даже завтра они куда-то там придут — хотя на промежуточных выборах это может быть просто потеря Палаты представителей — считается, что они, взяв палату, тут же начнут процесс импичмента Трампа. И для блокировки этого пути, возможно, есть надежда на компромат на демократов у российской стороны — на Обаму, я не знаю, может быть, на Клинтон, может ещё на кого-то. Это для того, чтобы сказать: «Ребята, смотрите, вы начнёте процесс импичмента Трампу, а мы сейчас раскрутим некоторые дела против, допустим,    губернатора Миннесоты Уолза, Ньюсома, может быть, Камалы Харрис, кого-то ещё».  

Второй момент, может быть, самый главный, и в чем сегодня администрация явно заинтересована. Она действительно ждёт сегодня каких-то скандалов, компроматов, учитывая историю с файлами Эпштейна. Может быть, в развитии файлов Эпштейна у российской стороны есть какая-то информации, компромат на демократов. А может быть, у нее есть какой-то компромат на Трампа, об этом тоже говорили. В таком случае, возможно, рассчитывают как-то намекнуть, чтобы российская сторона на сегодняшний день это дело попридержала, так сказать. Но в таком случае меня немножко настораживает само время визита — это почти через три месяца.

Если исходить из времени, тогда у меня только одно объяснение, что это что-то, связанное с американскими выборами. И, значит, это компромат на Демократическую партию, именно какой-то конспирологический компромат. Это мне представляется наиболее важным.  

Но здесь, с другой стороны, требуется какая-то подготовительная работа, потому что нельзя внезапно приехать в Москву, как сказано 14-15 октября — так российская сторона вряд ли что-то подготовит. Скорее всего, речь идёт о том, что если визит будет готовиться, будут запросы какие-то, и тогда Патель что-то получит.

На сегодняшний день остаются и какие-то непроясненные моменты, которые связаны со смертью Линдси Грэма. Расследованием обстоятельств должно было заняться ФБР. Оно должно было все изучить и выяснить, своей или не своей смертью умер Грэм. И вот на этом фоне вдруг последовала информация, что Патель едет в Москву. С чем это связано, если это связано с каким-то подозрением,  или  в Америке существует точка зрения, что уже дело до такого дошло? Но тогда через три месяца… Такого рода вещи лучше делать побыстрее, может быть, достигнуть какой-то договорённости, что сегодня высшее политическое руководство каким-то образом должно быть от подобного рода, что называется, шагов напрямую или косвенно избавлено. То есть достигнуть взаимопонимания, что ли, негласного соглашения.

Больше каких-то моментов я на сегодняшний день не вижу, потому что все догадки здесь связаны, может быть, не с установлением связи ведомств, а в основном с конспирологией. Потель — мистер конспирология. И мы можем гадать, в чём она состоит. Это связано с какими-то планами установления возможного покушения на Трампа? Но если сегодня такого рода информация получена, почему надо откладывать на три месяца?

Если что-то тут связано с Украиной, тогда, может быть, сегодня считается, что к октябрю украинский фактор может сойти каким-то образом на нет. Може с точки зрения наших каких-то интересов? У нас сегодня основная головная боль, я думаю, не связана с высшим политическим руководством США, зато с высшим политическим руководством нацистского режима Киева связана. Если от фонаря, в Интернете ходят слухи о решении разобраться с руководством нацистского режима. Здесь, может быть, действительно вырисовывается все как форма какой-то торговли. Но тогда что или как, здесь сказать довольно сложно. Может быть, есть какой-то компромат на украинское руководство. Но меня несколько настораживают всё-таки сроки. 

Ну и последняя ситуация, чисто внутриполитическая. Сегодня идёт разговор о том, что Трамп может опять начать трясти свою команду. Есть какие-то претензии и к Пателю. И мысли относительно того, что может быть и его тоже уволить. Вот здесь хитрый Патель, а может быть, сторонники Потеля, придумали такую вещь, как его очень странный, загадочный визит в Москву. И пока эта интрига сохраняется, возможно, Патель будет находиться на посту директора ФБР.

Это все, что на данный момент мы можем сказать, потому что даже американская реакция, так сказать, тут достаточно удивленная. То есть ожидали чего угодно, но не такого рода заявления.