В условиях новой эскалации трафик через Ормузский пролив предсказуемо упал до уровней, предшествовавших подписанию мирного меморандума.

При этом в том, что касается Ормузского пролива, само количество судов является далеко не исчерпывающим показателем, по которому можно судить о ситуации и прогнозировать ее дальнейшее развитие. Помимо общей цифры важными индикаторами являются:

1. направление движения судов. По опубликованным вчера данным, простаивающий в Персидском заливе флот сократился до 689 торговых судов по сравнению с 1061 запертых в заливе с началом блокады Ормузского пролива в начале марта. Более половины из находящихся в заливе судов – 379 – груженые, и логично, что они очень заинтересованы в том, чтобы выйти при первой возможности. Гораздо более говорящим индикатором является количество входящих в залив судов, а также (2) их «качество». Аналитики в первую очередь смотрят на СПГ и нефтяные танкеры: во-первых, это наиболее дорогостоящие суда, во-вторых, их рейсы, как правило, планируются и бронируются заранее.

(3) О том, как владельцы и операторы оценивают изменения рисков также свидетельствуют данные о национальной принадлежности судов/операторов. Увеличение активности со стороны флота, ассоциированного с одной или другой стороной конфликта, может указывать на изменения баланса сил.

(4) в той же плоскости аналитики читают данные о структуре транзитов в разрезе трех возможных маршрутов прохождения через Ормуз: иранский, оманский и «серединный». В этой связи интересно отметить, что в последние дни, по данным систем отслеживания, весь трафик, по крайней мере, видимая его часть с включенными AIS, идет по тому коридору, использования которого требует Иран.