17 августа опубликовано распоряжение премьер-министра Михаила Мишустина о назначении бывшего главы АО «Росагролизинг» Павла Косова генеральным директором публично-правовой компании «Российский экологический оператор» (ППК РЭО). В первом интервью в новой должности Павел Косов рассказал “Ъ” о намерении повысить прозрачность сферы обращения с отходами и оценил ее сегодняшнее состояние.

— За время вашей работы «Росагролизинг» из проблемной превратился в прибыльную компанию. Какие свои наработки вы считаете применимыми для оздоровления ситуации в мусорной сфере?

— «Росагролизинг» действительно прошел путь от компании с системными проблемами до устойчивого и прибыльного института развития — и часть этого опыта, уверен, применима в случае РЭО. Я не буду проводить параллель между лизингом сельхозтехники и обращением с отходами. Это разные по природе рынки, и любые управленческие решения нужно адаптировать под специфику отрасли.

Что считаю универсальным — это дисциплина в верификации данных и контроле целевого использования средств. В «Росагролизинге» мы выстроили прозрачную систему проверки того, куда и как расходуются ресурсы, и потенциал для адаптации подобных инструментов к задаче обеления рынка ТКО я вижу, но насколько именно эта модель ляжет на отраслевую специфику, покажет более глубокое погружение в процессы РЭО.

— Какие задачи поставил перед вами регулятор в лице Минприроды? Есть уже «дорожная карта» вывода компании из проблемного состояния?

— Преждевременно говорить о детальной «дорожной карте»: я только приступаю к работе. Могу сказать про принцип, которым буду руководствоваться: нужен комплексный подход. Значительная часть организационно-нормативной базы отрасли создавалась на этапе становления реформы обращения с ТКО, то есть решала задачи запуска системы. Сейчас, на новом этапе, важно посмотреть на то, как изменить инфраструктурный и регуляторный ландшафт для дальнейшего развития, а не только повышать эффективность отдельных участников.

— Инвестиции в сортировку и переработку часто оказываются неокупаемыми. Какие инструменты вы видите приоритетными для выполнения поставленных перед компанией РЭО задач?

— Не считаю правильным называть один приоритетный механизм. Опыт показывает, что окупаемость таких инвестиций редко достигается одним рычагом — как правило, работает только сочетание нескольких инструментов, и первая моя задача — определить, какая комбинация нужна именно на этом этапе развития отрасли.

Первое время я планирую посвятить погружению в тему: аудиту текущего состояния, диалогу с региональными операторами, иными участниками отрасли, инвесторами и профильными ведомствами, чтобы понять, где реально существуют барьеры для частного капитала.

— В отрасли уже применяются различные финансовые инструменты. Ждать ли перемен по этой части?

— Да, в сфере обращения с отходами уже используются концессионные механизмы, льготное финансирование, облигационные инструменты, работает и лизинг специализированной техники. Последняя тема мне особенно понятна: «Росагролизинг» участвует в программе обновления парка мусоровозов и другого оборудования для отрасли. Поэтому здесь я вижу задачу не в том, чтобы привнести какой-то один новый инструмент, а в том, чтобы разобраться, насколько эффективно сегодня собрана вся система финансирования, где есть разрывы и какие механизмы могут дополнить друг друга.

— Как вы оцениваете нынешнюю степень цифровизации в сфере обращения с ТКО?

— Для отрасли, где одновременно работают регионы, операторы, инфраструктурные объекты, перевозчики, инвесторы и федеральные органы власти, качество данных становится одним из ключевых условий управляемости. Здесь важно, насколько информация достоверна и пригодна для принятия решений.

В «Росагролизинге» мы последовательно переводили значительную часть процессов в цифровой контур именно потому, что при большом масштабе операций ручной контроль быстро перестает быть достаточным. В РЭО уже создана серьезная цифровая база, и прежде чем говорить о новых решениях, нужно оценить, насколько эффективно работают существующие системы и где они требуют развития.

— Каким вы видите баланс между функциями регулятора, инвестора и оператора? В каких случаях ППК должна выступать как коммерческая структура, а в каких — как институт развития?

— ППК должна гибко переключаться между этими ролями в зависимости от зрелости и потребности конкретного сегмента рынка: там, где рынок еще не сформирован и непривлекателен для частных денег, институт развития обязан брать на себя больше, включая функции инвестора и в отдельных случаях — оператора. Там, где рынок уже состоялся, задача государства — не конкурировать с бизнесом, а формировать для него понятные и стабильные правила.

— И все же — какой опыт «Росагролизинга» по контролю целевого использования средств может быть адаптирован для повышения прозрачности потоков ТКО?

— Это момент, в котором я уверен уже сейчас, не дожидаясь полного погружения в детали: нужно кратно повышать прозрачность самой ППК РЭО и будущей отрасли для общества. Экология касается каждого, и я ставлю перед собой задачу сделать значительно более открытыми и саму компанию, и отрасль в целом. Найти по-настоящему рабочее сочетание инструментов развития можно только в диалоге со всеми сторонами — регионами, бизнесом, гражданами.

Интервью взяла Анна Королева