С 1 сентября 2026 г. в Российской Федерации вступает в силу закон "О цифровой валюте и цифровых правах". ComNews неоднократно писал как о самом законе, так и о том эффекте, который он окажет на отрасль. Напомним, документ установит контуры регулирования криптовалют в России и дополнит действующее законодательство новыми нормами. Согласно пояснительной записке, закон повысит прозрачность рынка цифровых валют, а также сформирует стандарты оказания услуг и защиты прав и интересов инвесторов.

Ранее Банк России разработал требования к цифровым депозитариям. Последние будут работать так же, как и классические депозитарии на рынке ценных бумаг. Однако участники криптоотрасли отмечают, что ключевое отличие между классическими и цифровыми депозитариями заключается в объекте учета и технологическом наполнении процессов. ComNews попросил игроков рынка криптовалют сравнить российскую модель с мировыми практиками.

https://www.comnews.ru/content/246608/2026-07-29/2026-w31/1007/novye-starye-pravila-igry-cb-razrabotal-trebovaniya-k-cifrovym-depozitariyam

По словам члена экспертного совета Российской ассоциации криптоэкономики, искусственного интеллекта и блокчейна (РАКИБ) Валерия Петрова, в мировой практике формирования инфраструктуры хранения цифровых активов выделяются три ключевые траектории. Первая модель - институциональный кастодиальный сервис (Qualified Custodian), где активы хранятся у лицензированного посредника со страховым покрытием (Coinbase Custody, BitGo или Fidelity Digital Assets). Вторая - самостоятельное хранение активов (self-custody) через аппаратные кошельки, при котором инвестор сам управляет приватными ключами, неся тотальные риски потери средств. Третья - гибридная модель на базе многосторонних вычислений (MPC) и мультиподписи (multisig), снижающая риск единой точки отказа.

"Анализируя действия ЦБ РФ и заявления профильных ведомств, можно предположить, что Россия осознанно выбирает жесткую кастодиальную модель, близкую к швейцарским стандартам банковского надзора и рекомендациям ФАТФ. Как отмечали в департаменте Банка России, легальный оборот криптовалют внутри страны будет возможен исключительно через учет у лицензированных профессиональных участников, тогда как внебиржевой серый сектор окажется под запретом", - заметил он.

Финансовый аналитик ООО "Битбанкер" Андрей Порошин добавил, что упомянутые выше специализированные кастодиальные компании уже работают в США и Европе. Они обеспечивают хранение цифровых активов для банков, инвестиционных фондов и других институциональных инвесторов. При этом, как он отметил, в ряде стран аналогичные услуги оказывают и крупные банки, получившие соответствующие лицензии.

"Модель самостоятельного хранения (self-custody), при которой инвестор сам управляет своими криптографическими ключами без участия посредников, остается востребованной. Российский подход выглядит более консервативным. Банк России фактически создает отдельный регулируемый институт цифровых депозитариев, который объединяет надежность традиционной финансовой инфраструктуры с возможностями рынка цифровых активов", - сказал он.

Юрист White Stone, LL.M., солиситор Англии и Уэльса Елизавета Лобутева заметила, что точного аналога российской конструкции, в которой цифровой депозитарий - отдельный регулируемый участник рынка, в мире нет. Однако, по ее словам, существуют функциональные аналоги.

"Наиболее распространенная модель - лицензированный криптокастодиан. В ЕС, Сингапуре, Гонконге, ОАЭ и других юрисдикциях хранение и администрирование ключей или криптоактивов клиентов рассматривается как самостоятельная регулируемая услуга. Кастодиан ведет учет клиентских активов, обеспечивает их обособление от собственного имущества и исполняет распоряжения клиентов по переводу или возврату средств. Организационная модель может различаться: кастодиальная деятельность осуществляется либо отдельной специализированной компанией, либо самим криптопровайдером наряду с другими регулируемыми услугами при наличии соответствующего разрешения. Главное отличие от российской модели состоит в том, что зарубежный кастодиан обычно является поставщиком услуги хранения, но не обязательным центральным звеном учета всего регулируемого рынка", - заключила она.