Операторы связи столкнулись с двойным давлением: сохраняющимися барьерами для доступа в многоквартирные дома и грядущей лицензионной реформой, которая потребует от телеком-компаний больших затрат, в том числе и на оборудование СОРМ. Но двух этих драконов операторы вскормили сами: и поощряя коррупцию управляющих компаний (УК) в жилых домах, и годами уклоняясь от выполнения требований по СОРМ. Расплачиваться за ошибки прошлого придется всем, но в первую очередь - небольшим региональным провайдерам.

Проблема доступа операторов связи в многоквартирные дома (МКД) остается одной из самых болезненных для отрасли. Несмотря на то, что в апреле 2024 г. вступил в силу федеральный закон о недискриминационном доступе провайдеров к общедомовому имуществу, ситуация на местах меняется крайне медленно. УК и товарищества собственников жилья (ТСЖ) по-прежнему находят формальные технические причины для отказа операторам в доступе в дом. Новые крупные штрафы за воспрепятствование доступу операторов связи или незаконное требование платы с них (введенные в КоАП) пока остаются на бумаге - судебная практика по таким делам еще не наработана.

На первый взгляд, расклад сил очевиден: операторы страдают, а УК выступают в роли непреодолимого барьера. Однако, если отмотать историю назад, картина оказывается далеко не такой однозначной.

Когда домашний интернет только превращался в массовую услугу, а провайдеры начали активно осваивать жилой фонд, аппетиты жилищных монополистов были скромнее. Многие ТСЖ сами приглашали провайдеров к работе в их доме, при этом некоторые телеком-компании стали приплачивать ТСЖ за недопуск конкурентов.

Даже когда инициатива взимания мзды с оператора исходила от ТСЖ или УК, их аппетиты поначалу были скромными. Старожилы интернет-рынка вспоминают, что "платой" за доступ в многоквартирный дом мог быть небольшой телевизор для консьержки.

Факт прямых или косвенных платежей провайдеров в пользу УК или председателей ТСЖ - по своей инициативе или под давлением - постепенно легитимизировал эту практику. По мере роста конкуренции и осознания управляющими компаниями их монопольной власти требования трансформировались. Доступ в крупную новостройку может стоить провайдеру миллионы рублей. Но фактически дракона в лице недобросовестных УК телеком-сообщество отчасти вскормило самостоятельно.

https://www.comnews.ru/content/246359/2026-07-13/2026-w29/1013/minimum-…

Еще более болезненная история для телеком-рынка, которая с конца марта 2026 г. активно обсуждается в кулуарах и СМИ, - грядущая лицензионная реформа, в частности - ужесточение требований по установке оборудования СОРМ (системы технических средств для обеспечения функций оперативно-розыскных мероприятий). По закону, каждый оператор связи обязан интегрировать в сеть оборудование СОРМ, чтобы предоставить уполномоченным органам доступ к телефонным переговорам, интернет-трафику и сообщениям абонентов.

Проблема в том, что стоимость этого оборудования заоблачна. И дело не в себестоимости "железа", а в жесткой монополии производителей, чьи интересы тесно переплетены с силовыми структурами. В итоге оборудование, себестоимость которого в разы ниже, продается операторам с огромной наценкой.

Понимая, что установка СОРМ требует больших инвестиций, которые для малого бизнеса часто неподъемны, операторы годами использовали лазейки в законодательстве. Правила позволяли получить лицензию, начать оказывать услуги, а монтаж оборудования СОРМ отложить "на потом". Когда проверяющие органы выписывали предписания, компании снова тянули время. Штрафы за неисполнение требований по установке СОРМ (по ст. 13.31 КоАП РФ) для юридических лиц составляют от 100 тыс. до 200 тыс. руб., что на два порядка меньше, чем стоимость оборудования СОРМ. В итоге бизнес предпочитал откладывать неизбежное.

Стоимость внедрения СОРМ для небольшого регионального провайдера варьируется от 5 до 15 млн руб., а для сетей с высокой пропускной способностью может превышать 30 млн руб. (по оценкам участников рынка и отраслевых ассоциаций). В эту сумму входит не только закупка аппаратных комплексов и специального ПО, но и услуги по интеграции в инфраструктуру, а также последующее ежегодное техобслуживание, которое обходится еще в 10-15% от первоначальных затрат. Для малого оператора, чья годовая выручка в регионе может составлять те же 10-20 млн руб., а то и меньше, такие капитальные вложения означают изъятие всей операционной прибыли. В таких условиях требование установить СОРМ до получения лицензии фактически лишает небольшие компании шанса на легальный выход на рынок.

При этом нельзя сказать, что новые регуляторные идеи прозвучали как гром среди ясного неба. С 1 сентября 2024 г. операторы уже не могут получить новую лицензию или продлить истекшую, не согласовав с ФСБ схему построения сети связи (а с Роскомнадзором - схему пропуска трафика через ТСПУ). Государство давало четкие сигналы о том, что больше не готово мириться с отношением к регуляторным требованиям как к рекомендательным.

В рамках готовящейся лицензионной реформы (если слухи и гуляющие по рукам презентации Минцифры воплотятся в нормативной базе) могут быть введены беспрецедентные меры: оператор сможет оказывать услуги только после реализации всех требований СОРМ и получения заключения об этом от ФСБ.

Для крупных игроков это неприятные, но допустимые расходы. Но для малых и средних операторов, а также для новых игроков, которые только начинают бизнес, это настоящий приговор. Чтобы легально выйти на рынок, компании теперь нужно не только уплатить госпошлину за лицензию (которая уже составляет 1 млн руб., а будет на порядок больше), закупить сетевое оборудование и построить телеком-инфраструктуру, но и сразу выложить десятки миллионов рублей за СОРМ, не имея еще ни одного абонента. Это непосильная ноша, которая фактически закрывает вход на рынок для малого бизнеса и ведет к дальнейшей монополизации отрасли.

Усугубляет ситуацию институциональная слабость самого рынка. В России практически в каждом значимом секторе экономики существует мощная ассоциация, лоббирующая интересы участников и выступающая единым голосом отрасли. Удивительно, но в телекоме, который насчитывает 20 162 действующих лицензии и около 5 тыс. операторов, по-настоящему влиятельных отраслевых объединений нет. Есть лишь несколько региональных ассоциаций, которые объединяют по 100-200 небольших операторов. Однако их ресурс несопоставим с весом гигантских лоббистских структур, таких как Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) или банковские ассоциации (АРБ и АБР), которые успешно отстаивают интересы бизнеса на федеральном уровне.

Отсутствие единого громкого голоса отрасли приводит к тому, что небольшие и средние операторы не могут эффективно защищать интересы как при изменении регуляторной повестки, так и при отстаивании недискриминационных прав доступа в многоквартирные дома. Чтобы переломить эту тенденцию, телеком-сообществу необходимо не только активнее отстаивать интересы в судах, но и консолидироваться для создания полноценного института отраслевого представительства. Иначе "выкормленные" драконы продолжат диктовать свои условия.

Малым и средним операторам стоит задуматься о создании крупной федеральной ассоциации, которая объединит тысячи компаний и сможет эффективно лоббировать их интересы на уровне правительства и профильных министерств. Только консолидация и профессиональное лоббирование помогут смягчить грядущую лицензионную реформу, решить текущие проблемы с доступом в МКД и не дать окончательно зачистить рынок от независимых игроков.