Фрагмент из повести "Шёл солдат" 4. Разведгруппа Они расположились полукругом ...

Дата публикации: 31-08-2026 16:40:19

Фрагмент из повести "Шёл солдат"
4. Разведгруппа
Они расположились полукругом и по команде ударили, чтобы разом прикончить «бабку», явно выследившую их.
Когда эхо взрыва утихомирилось, а останки тяжёлого дрона рухнули где-то в поле за околице заброшенной деревни, старший среди них сказал:
- Пошли в деревню. Я знаю, здесь где-то старуха живёт, у неё вода есть.
Все просветлели лицами, радуясь, что наконец они передохнут и напьются воды вволю. Жажда измотала их почище трудного пути.
Убогий огород был еле различим среди высоченных репейников, лопухов и прочих жилистых сорняков, немедленно захватывающих ранее холеные, а ныне заброшенные участки. Но вот в этом месте явно поработали трудолюбивые руки, освобождая лоскуток земли для культурных посадок. Огород был разбит на задах бревенчатой хаты, более типичной для белорусских краёв, но отчего-то стоящей здесь. Вероятно, давешние хозяева перетащили сруб из более лесистых мест? Только произошло это явно давно, в незапамятные, мирные ещё времена, когда эта многолюдная деревня встречала путников многоголосым гамом, лязганьем тракторов и фырчанием грузовиков, мычанием коров, гусиным гоготом и квохтанием куриных полков под командованьями роскошных петухов, когда вишни соблазняли прохожего доступной роскошью сочных тёмных ягод, когда стайки белоголовой малышни с визгом и смехом носились по улице, а стаи ласточек и стрижей с резким и пронзительным писком рассекали вечернее небо.
Но теперь перед группой корячились обгорелые и чёрные стены «заброшек», покосившиеся или провалившиеся крыши… Вот и крыльцо дома с огородом, но из трубы не видно дымка. Вот же незадача, может тут уже и не живут?
Они огляделись – в тёмных окнах, за на удивление целыми стёклами ничего не видать, только отражаются в них, как в зеркале, последние красно-тревожные всполохи заката. Однако, на крылечке обнаружились неимоверных размеров резиновые чуни с комьями налипшей земли – нет, здесь она, старуха.
Тихими тенями разведчики проскользнули в дом. Никого, бабка как испарилась.
- Где же она? – спросил Молодой. Это был конопатый и курносый боец, похожий на школьника, непонятно зачем и как затесавшийся сюда, в самую круговерть, где кровь и пот, боль и смерть, но есть и тепло боевого братства, крепче которого вовек на сыщешь! Однако, посторонний наблюдатель сразу изменил бы своё мнение о Молодом, стоило бы только ему взглянуть бойцу в глаза: в них не плясали, стебаясь и искрясь, дурацкие подростковые чёртики, круто замешанные на Тик-токе и девушках, нет, это был холодный, оценивающий и вдумчивый взгляд сорокалетнего, пожившего и много повидавшего на своём веку мужика.
Но вдруг лицо молодого бойца оживилось, и радость заплескалась в пронзительно-светлых глазах, растопив ледок осторожности.
- Глядите!
Возле печки стоял огромный чугунок… с водой, вот удача! На краю его висел мятый алюминиевый черпак. Не торопясь, но и не мешкая, все напились от души, так, что чугунок почти опустел.
- Нехорошо, надо было бабке воды оставить, вдруг у неё больше нет…
- Да где же она, твоя бабка?
- Может, увидела нас и спряталась, испугалась?
Но тут из сумрака горницы, соединённой с просторной прихожей-кухней донёсся скрип и хлопок дерева о дерево, кряхтение немолодого человека, совершающего нелёгкий труд.
- Да вон же она, бабка! Из подпола лезет!
Почему-то это всех развеселило, надо же, как смешно, бабка-то в подполе, оказывается, была, вот же ж ты ж, какая ненормальная бабка, нашла, где жить! В заброшенной деревне, у чёрта под мышкой! Нет, точно тронутая умом!
Серафима выбралась в горницу чуть не на карачках, поохав, разогнулась, выпрямилась – и увидела в кухне военных. Она не удивилась, слышала же, не оглохла ещё. Через дверной проём в тусклом вечернем сумраке она разглядела много, целых пятерых измождённых вояк с автоматами наизготовку. Серафиме захотелось их успокоить - раз они сбили наземь нечисть, значит – божьи люди. Она медленно пошла к ним, на ходу мягко приговаривая:
- Не бойтесь, люди добрые, я вас не обижу…
Вояки ошалело вперились глазами в оборванную патлатую старуху, настоящую Бабу Ягу. Сколько ей лет: девяносто, сто пятьдесят? Идёт лёгким шагом, да ещё их уговаривает не бояться её, с ума можно съехать – это ей следовало бы их бояться, но никак не наоборот…!
Старший сделал знак группе опустить оружие и не волновать хозяйку, да разве такую разволнуешь видом потрёпанного автомата? Понятно, бабка повидала виды, да не озлобилась – своя бабка, своя в доску.
Старший подтолкнул Молодого, тот кивнул и молвил в тон бабке:
- И ты, мать, нас не бойся, прости, мы у тебя всю воду выпили…
Старуха медленно повернула голову, поглядела, и лицо её болезненно перекривилось. Бойцы с удивлением поняли – это была улыбка. Теперь старуха говорила, обращаясь исключительно к мальчику, милому ей своей юностью и тем, что уши его слегка лопушились, как у её внука… Внучонка… Старуха перекрестилась, пошептала чего-то бледными, сухими губами. Голос её теперь звучал надтреснуто и натужно, будто давили её невыплаканные слёзы.
- Ничего, я знаю, многие тут перебывали у меня, все за водой приходят, Бог их приводит, коли добрые люди. Я ещё наберу, не переживай, сынок. Вот угостить не знаю, смогу ли…
Странности водятся на белом свете, ещё минуту назад каждый блаженствовал, налив целое брюхо родниковой водички, а стоило бабке сказать, что поесть у неё ничего нет, так сразу противно засосало под ложечкой и веселья как не бывало… Серафима чутко уловила смену их настроения, оголодали, видать. Она решилась как-то сразу.
- Тут давно, может месяц назад одни шли, туда шли, - она махнула рукой в ту сторону, откуда летит нечисть, - шли и сказали, что они «штурма». Зарыли два ящика в углу на дворе. Коли совсем край подошёл, отрывайте, я покажу, где. Станете?
Это их добило: старуха так осунулась, видно же, сама голодает, а заначку штурмов не тронула, святая, что ли?
- Когда, мать, они прошли? – на всякий случай уточнил Старший. – Месяц назад?
- Давно жду, не возвращаются…
- Помолись за них, мать, вряд ли увидишь их опять.
Серафиме вдруг стало темно на душе и до невозможности жаль тех отправившихся в бой «штурмов», один из которых так живо напомнил ей её пропавшего сына, сгинувшего в застенках безумной украинской власти … Опять защемило сердце и онемели руки-ноги, она испугалась, что сейчас начнётся приступ: она зайдётся в диком вопле, упадёт и насмерть перепугает этих, которых к ней привёл их ангел-хранитель. Вероятно, она здорово побледнела, потому, что мальчик вдруг оказался рядом с ней, заглянул в лицо и, подхватив её сухонькое невесомое тело на руки, перенёс на громоздкий ларь, который служил ей и лавкой.
- Ничего, бабуля, на вот, выпей таблетку.
Он порылся под латами, которые вояки называют особым словом «броник», выудил свёрток и достал оттуда таблетку, выдавив из серебряной фольги. Другой уже подавал ей черпак с водой. Не раздумывая, она выпила лекарство… Помолчала, подумала.
- Чего же тогда их закладку беречь? Пойдём, достанете, пусть вам сгодится.
Через время вся команда уже сидела за столом, примостившись, как вышло: кто на ларе, кто на принесённом со двора чурбачке – и ели так, что за ушами трещало. Серафима любовно поглядывала на них, молодцы какие, широкие, сильные, всё сладили, а ещё натащили ей досок, навалили грудой у печки, теперь топлива надолго хватит. Хорошо, что печь была ещё тёплая, еду разогрели быстро. Ели при тусклом свете походного фонарика, чуть освещавшего стол с неземными яствами – тушёнкой с кашей.
- Там ещё хлеб был, только в земле он стал плесневеть, я его съела, - повинилась Серафима. Но гости её не ругали, а наоборот, похвалили, что не сгноила еду. Расслабленная атмосфера дружеского застолья опьяняла, приводила всех в благодушное настроение так, что оказалось полной неожиданностью, когда дверь заскрипела и на порог легла тень – к ним пришли.
Стриж сменил на посту Цыгана и привычно слушал небо, но услышал землю. Кто-то крался по улице, прячась в тенях домов. Неизвестный шёл один и явно таился – вот кого бы чёрт занёс в это заброшенное место? Ловко сливаясь с ночным сумраком, Стриж двинулся навстречу пришельцу.
…Ива долго отдыхал, потом уложил Свата поудобнее, и двинул на поиски таинственной старухи – хозяйки родника. Рысь тогда сказал ему, что дом её на дальнем краю, и родник там же рядом. Пала ночь, всё затихло, как раз время поразведать. Он осторожно продвигался по улице, ища хоть лучик света в каком-нибудь окне, не может же бабка совсем без света? Или всё же может? Как её отыскать, не тыкаться же в каждый дом? А Свату после пробежки по полю, когда он выложил последние силы, стало худо, без воды теперь никак.
Краем глаза он поймал мерцание в окне самого дальнего по улице дома, да, точно, как будто кто-то водит фонариком внутри…
Луна вышла из-за туч, и деревня перед Ивой будто вынырнула из мрачных морских пучин: в стальном сиянии ночного светила всё обнажилось, стало видно, как днём, только страшнее - резко и безжалостно. То целые, то разбитые дома, колыхающиеся от ветерка тени крон деревьев, преображающиеся то в чудищ, то напоминающие людей, везде груды мусора и заросли сорняков, отметающих всякую надежду на то, что это место обитаемо.
- Прямо ужастик какой-то, не хватало здесь ещё Вия встретить, или эту…как её… упыря-панночку!
Иве, всего навидавшемуся за эти три года на фронте, подумалось, что и ему не по себе от навалившихся со всех сторон развалин и остовов прежде кипучей и полнокровной жизни, что всё это вызывает в памяти атмосферу повести, которую он, таясь от отца, в сладком ужасе прочёл в детстве и долго не мог потом спать без ночника. Как там её? Да, «Семья вурдалаков». По наводке дружка -Шурки, в потрёпанном четырёхтомнике одного из Толстых, (А.К. Толстого) он отыскал-таки повесть. И сейчас всем существом осознавал: нечто колдовское и ужасное, гадкое и безумное таилось в этих покинутых домах, в их тенях и потрескивании… Зачарованному полнолунием Иве почудились даже как будто и шаги…
- Стой, - вдруг негромко и до ужаса реально прозвучало сзади, - замри.
Ива хотел было развернуться, но в поясницу его упёрся ствол автомата.
- Говори, ты кто? Что здесь потерял?
- А ты кто?- не ударил в грязь лицом Ива, - Ты что здесь? Тоже за водой?
Чистый говор без налёта украинской «мовы» несколько успокоил обоих, но хозяином положения был явно Стриж.
- Давай, топай вперёд, Старший разберётся.
А Ива и не возражал, пожалуй, он был даже рад тому, что встретил своих, теперь он ни секунды не сомневался, что это свои, поэтому спокойно пошёл туда, куда его подталкивал автомат. Морок лунной ночи с её потусторонними выкрутасами полностью рассеялся, уступая место насущным проблемам.
…Все вскочили, направив оружие на дверь, но тут же и опустили, заметив Стрижа, вводящего пленного. Пленный был крепким молодым парнем, с приятным лицом. Он скорее принадлежал библиотекам или концертным залам, картинным галереям и научным диспутам - но был здесь, в этой страшной мясорубке. Он стоял перед ними прямо, без замешательства, без тени страха в глазах, в плохо пригнанном бронике, явно чужом. Сероглазый и по-русски красивый, глянешь на такого – веселее на душе. Старший несколькими профессионально построенными вопросами моментально прояснил ситуацию, а когда Ива рассказал о смерти Рыси, то вся пятёрка потупилась, было видно, что не чужой им этот вагнеровец. Дальнейший разговор повёлся уже в дружеском ключе. Ива поведал им о Свате, что тот ждёт его в доме на окраине. Диковинная бабка, до времени скрытая мраком кухни и до того сидевшая молча, напугала Иву чуть не до икоты, когда вдруг подалась вперёд, а в неверном свете фонарика выступило её полубезумное худое лицо в обрамлении всклокоченных седых патл.
- Рысь, это такой чернявый, худой, он на днях ко мне заходил за водой? Ещё еду в упаковках оставлял? Это его Бог к себе прибрал? – Она помолчала, добавила печально качая головой, - Светлая душа.
Все, сидевшие за столом, согласно помолчали.
- Пора, - неожиданно засобиралась старуха, - пора за водой. Я хожу несколько раз за ночь, пока чугунок наберу.
Но в этот раз с ней отправились Ива и Молодой.
В ложбинке под заросшим травами, невысоким холмом из-под камешков бежал ключ. В ярком голубом свете луны можно было разглядеть, что ложе ключа углублено так, чтобы было удобно погружать в неглубокую ямку ковш, приделанный на тонкой цепочке к колышку рядом. Скоро все мыслимые ёмкости были наполнены, водоносы двинули назад. Две ходки – и бабкин чугунок опять был налит до краёв, а полные фляги приятно холодили бока путников.
Бабку Серафиму шатало от усталости, день оказался длинным и полным сюрпризов. Ей бы прилечь да отдохнуть, может быть, это действовала на неё солдатская таблетка, а может быть, сытная еда, первая такая за месяц… Старший заметил это и предложил перебазироваться в тот дом, где лежал Сват.
- Пусть старуха поспит, она еле живая. А мы к тебе пойдём. Там и потолкуем, обсудим, что делать будем.
Сердечно поблагодарив бабку Серафиму, в сотый раз спросив, не пойдёт ли она с ними отсюда, из-под дронов, в тыл, к людям, в сотый раз получив резкий отказ и путанные разъяснения, что здесь Серафима монашенствует и помогает всем добрым людям, ибо таков назначенный ей свыше урок, разведгруппа покинула новоявленную «келью», оставив её странную хозяйку отдыхать.
Скоро Свата напоили, покормили консервами штурмов и постарались облегчить жизнь лекарствами, да уколы отчего-то почти перестали снимать боль. Казалось, Сват должен бы удивиться, увидев новые лица, однако, отчего-то не удивился, только спросил, когда пойдём дальше?
Ива тоже хотел бы уточнить, вдруг им по пути? Оказалось, что да.
Решили поспать и выдвигаться.
В серый предрассветный час тихими тенями покинули они развалины деревни, так неожиданно радушно принявшей их. Разведчики были ходоки, хоть куда, местность знали – лучше некуда. С их помощью Ива и Сват почти не измучились окончанием пути, странно, но даже «птички» отвязались и оставили их в покое.
Что же, и так случается.
… Ива шёл и думал о Рыси, что его надо скорее вытащить, чтобы похоронить по-человечески, потому, что – «груз 200 – мы вместе». О том, как необыкновенно удачно складывается обратный путь, как будто кто-то приглядывает за ним, Ивой, как будто идёт рядом, поддерживая и помогая. Ещё он думал о тех тридцати своих ребятах, которые погибли год назад, о тех новых знакомых, кто остался сейчас на передовой, принимает удары на себя, и ждёт его, Иву, с новым желанным грузом, о тех неизвестных штурмах, чью тушёнку с кашей они ели у бабки Серафимы, об их отцах, не знающих участи сыновей, о своём отце, день и ночь молящемся за него, Иву, и за всех-всех бойцов, о несчастном мирняке, брошенном в горнило хитросплетений политики. Он гадал, отчего бабка Серафима свихнулась и так невыносимо наказывает себя, сердце Ивы болело о матери, перенёсшей пять операций, для неё он ещё в госпитале заготовил пачку открыток, которые отец выдаёт ей время от времени, как будто это свежая почта, а она верит и радуется…Он вспоминал Калугу и гадал, как тот без него, Ивы, с кем перетирает падения и взлёты нашего космоса и обсуждает нюансы исполнения каприсов Паганини? И ещё, в самом дальнем тайнике сердца Ива лелеял надежду, что Оля… Но тут же мысль эту обрывал, не смея дать себе воли – потому, что пока не время, не здесь и не сейчас. Потому, что сейчас – новые пути и сражения, встречи и потери, солдатский фарт и продуманная удача, поля и рощи вместо комфорта городов, нора блиндажа вместо старинной комнаты в Тверском-Ямском переулке, лесополосы и овраги вместо Ленинградского шоссе, гудящие от усталости ноги вместо удобного кресла серебристого «мерина», грохот взрывов вместо фейерверков «Алых парусов», отвратительный стрёкот и зудение дронов вместо пения птиц...
Он шёл и вёл Свата…
По русской земле шёл её защитник-солдат.

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	У бабушки в деревне... – Надо ехать, у меня срочная ...	0	6.31	12-08-2026
2	58‑я армия, 19‑я дивизия, 503‑й полк, 2‑й батальон, З‑рота, 1‑й ...	0	5	07-07-2026
3	58‑я армия, 19‑я дивизия, 503‑й полк, 2‑й батальон, З‑рота, 1‑й ...	0	5	12-07-2026
4	У бабушки в деревне... – Надо ехать, у меня срочная ...	0	6.31	13-08-2026
5	Артем Попов Я чего приехала в город, к доктору-то? У ...	0	5	04-07-2026
6	Новое име в современой военной литературе. Александр Байбак. "Вука и ...	0	8.24	29-07-2026
7	СИЛА ВЕРЫ ВСЕ МАТЕРИАЛЫ ГРУППЫ НЕ ИМЕЮТ ОТНОШЕНИЯ К РЕАЛЬНЫМ ...	-5	5	19-07-2026
8	Еще раз про любовь. ПОСЛЕДНИЙ ПОЦЕЛУЙ. (Быль). Они были почти ...	0	5.44	27-07-2026
9	Журавлик — Фамилия, имя. Отчeство ― eсли eсть, — нeгромко ...	0	5	28-06-2026

Классификация: . Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 0. Информативность: 9.57. Источник: vk.com.