МАЧЕХА - ТЁТЯ ЛИЗА. 10 Отрывок из записок "Здесь жизни ...

Дата публикации: 06-09-2026 09:34:39

МАЧЕХА - ТЁТЯ ЛИЗА. 10
Отрывок из записок "Здесь жизни прошла"
Мачеху я знал задолго до своего переселения в дом отца. На кого она никак не была похожа, так это на классический отрицательный персонаж русских сказок. Она только что проводила в Свердловск (нынешний Екатеринбург) на учёбу в Политехнический институт мою старшую сестру Галю, и теперь на её голову сваливался ещё один предмет неотступных забот – пасынок.
Скажу сразу: за всё время нашего общения тетя Лиза, как я звал её вслед за сестрой, ни разу не дала повода упрекнуть её не то что в недобром отношении, но даже в холодности. Как и Галя с ней, так и мы с тётей Лизой незаметно стали друзьями, и это чувство не менялось до конца её дней. По-матерински она относилась и к своей родной дочери Нине, и ко мне, так, по крайней мере, мне казалось всё время.
В конце 60-х, под занавес моих подражательных прозаических опытов я попробовал написать «с мачехи» что-то вроде этюда, изменив подлинные имена. О художественности умолчу, но кое-какие черты тёти Лизы были всё-таки схвачены. Помещаю сюда этот этюд без конца и начала безо всяких изменений.
СОФЬЯ АНДРЕЕВНА
Утро для Софьи Андреевны всегда проходит мучительно. Так не хочется вставать, так ломит суставы от застарелого ревматизма и шумит в голове от беспокойного нервного сна! Да и какой это сон: то кошка подойдёт, замяукает – на улицу запросится, то дверь хлопнет - дочь пришла с занятий в училище – поздно кончаются, то из дверного проёма в соседнюю комнату свет заполночь – старший читает, шелестит страницами… Трудно уснуть Софье Андреевне и спать трудно, - и во сне не оставляют её какие-то разорванные мысли о доме.
Она долго и равнодушно слушает будильник, пока до неё не доходит, что уже утро и нужно начинать обычные дневные дела. Ещё немного она лежи т, собирая последнее тепло и уют постели, потом тяжело поднимается расплывшимся телом и сидит на краю кровати грустной птицей, склонив голову на плечо и сложив на животе руки.
- Хоть бы в космос меня запустили! – жалуется она громко, для всех, с привычными нотками иронии над собой. – А потом сразу на пенсию. Не хочу я на работу! Не пойду я никуда сегодня!..
Она жалуется и знает, что сейчас, громоздко двигаясь по комнате, соберётся, наскоро гладко расчешет поредевшие волосы и с большой хозяйственной сумкой – после работы обойти магазины, - отправится в свой детский сад. По дороге, высмотренной до камушка за двадцать с лишним лет, она будет здороваться с соседями и знакомыми – их у неё много! Вот и те, кто ещё, кажется, недавно бегал у неё в саду в коротких штанишках, теперь сами ведут таких же в старый сад…
Иногда она спокойно и грустно думает о времени, и время представляется ей непослушным мальчишкой, который убегает от неё по гулкой улице, чтобы неожиданно показаться из бокового переулка уже повзрослевшим с похожим на него малышом.
Она знает, что сейчас пройдёт по всем помещениям детского сада и обязательно выговорит санитаркам за плохо вымытые полы и мутные окна, проверит раскладку продуктов на обед и наверное будет ругаться с поварихой, –нечиста на руку, потом сделает прививку Борьке Рукавицыну, - вчера он прятался весь день, услышав о прививках… Дикий он какой-то, странная семья, надо поговорить с матерью… Потом она вытащит горошину из уха Васи Булычёва, успокоит зарёванного Жемчужникова: «А-а! У Юзьки танки, а у меня не-ет!» Это Юзику Вейцману мать принесла гранаты, и он их прячет ото всех… Да, забот у детсадовской медсестры хватает…
Вечером надо выстоять несколько очередей в магазинах. Беда с этим мясом, - пока достоишься, бока оттолкают, а на базарных ценах далеко не уедешь. Жиров надо закупить, зелени всякой: моркови, луку… Вечером возвращается Софья Андреевна с сумкой, набитой доверху. Дома её ждёт стопка грязной посуды и оставшийся с утра беспорядок.
Нужно поставить воду для посуды. Она разжигает керогаз, тот чадит и медленно разгорается. Пока греется вода, Софья Андреевна сидит на кровати у ног мужа и склонив голову, с покорным рассеянным выражением смотрит на него. Василий Дмитриевич недавно вышел на пенсию и теперь с утра до вечера, почти не вставая, читает мемуары о войне или старые журналы.
- Капусту в субботу надо посолить.- размышляя, говорит Софья Андреевна, подсчитывая что-то в уме и смотря в потолок. – Морозом уже схватило. Больше не выдержит.
Василий Андреевич подымает глаза от книги, облачко хозяйственной заботы набегает на морщинистое лицо:
- Что ж, - сдержанно и важно с достоинством роняет он. – Бочку вот залью. В этом году соли надо побольше положить.
В дверь осторожно стучатся. Входит высокая и прямая мужеподобная старуха-соседка. Она в чёрном до пят пальто и тёмном платке. Это «домком», так привычно называют многолетнего председателя домового комитета Зою Алексеевну.
- Шла мимо, дай, думаю, загляну, как живут, спрошу. Заодно и посоветуюсь. – Сонь! – говорит она громко резким голосом. – Племянница ко мне приехала да приболела что-то. Сознание теряет. Может, посмотришь?
Софья Андреевна незаметно вздыхает, одевается, берёт что-то из своей аптечки.
- Ну, извините, - говорит старуха Василию Дмитриевичу. – Пойдём мы. А Виктор дома? – заглядывает она в соседнюю комнату. – Нет ещё, - отвечает Василий Дмитриевич, не поворачивая головы.
Не успевают женщины уйти, как вбегает девчонка в распахнутом пальто:
- Теть Сонь! Мама просила прийти. Плохо ей! – Девчонка напугана и тяжело дышит.
- Ладно, Верочка, - говорит Софья Андреевна ласково, - скажи, что через десять минут буду.
Через полчаса она возвращается, усталая, садится к столу. Опять сердце давит. И что за день сегодня!
- У Потаповой Зины кровь пошла носом. Не могли остановить, пришлось скорую вызывать.
- Какая Потапова? – спрашивает Василий Дмитриевич равнодушно.
- Ну, жена художника. В угловом доме. Подружки нашей Маринки мать.
-А-а… - зевает Василий Дмитриевич.
Софья Андреевна моет посуду, готовит ужин, и ей кажется, что не она что-то делает с вещами, а вещи движутся вокруг неё, нескончаемо и неустанно. Ей хочется остановить это движение, чтобы покачивался и звенел покой, но вещи напоминают о себе, они берут её за руку и снова вовлекают в свой круговорот.
15.12.1969
Она заразилась энцефалитом в детском саду, где работала…Я приехал домой после одной из полевых командировок и долго звонил в дверь. Наконец тётя Лиза открыла – на ней не было лица.
Болезнь убивала её шквально, болеутоляющие не справлялись с болью…Она умерла за несколько дней до Нового 1972 года.
Весной отец огородил её могилу штакетником, поставил деревянную скамейку. На кладбище он приходил часто и подолгу сидел здесь, дымя «Примой» и время от времени прикладываясь к принесённой с собой чекушке… Тетя Лиза была, пожалуй, последней его связью с миром или, вернее, остатками того мира, который он ещё мог воспринимать.
ИЗ ОРЕНБУРГСКОЙ СТАРИНЫ
Тётя Лиза была дочерью Нины Александровны Равич – русской вдовой поляка Валериана Юльевича Равич, потомка польских ссыльных или эмигрантов времени Первой Мировой войны. Его я уже не застал, тогда как Нина Александровна была, пожалуй, самой психологически заметной на фоне двух её сестёр Елизаветы и Зинаиды - как сейчас, вижу её строгий, оценивающий взгляд. Все три сестры жили в полуподвальном этаже двухэтажного дома, теперь уже снесённого на Мало-Матросском переулке. К слову, этот институт количественной градации значений, по-моему, уже в те годы приводил меня в необъяснимое ошеломление. Если можно было как-то объяснить МАЛО-Матросский, то МАЛО-Ленинскую улицу, на которой жил друг моих детских лет Генка Никонов, объяснить было невозможно…
Вернёмся к трём сёстрам. Послереволюционная судьба собрала их, потерявших в разное время мужей, в одной комнате полуподвального коммунального этажа, где почти всё место занимала мебель, оставшаяся от трёх семей. Среди шкафов, столов и комодов, словно поражаясь своему окружению, горделиво блистал чёрным лаком рояль, принадлежавший Елизавете Александровне – преподавателю музыки.
Самым первым моим впечатлением от этого жилья стал подпиравший печную дверцу обломок казачьей шашки с рукоятью…Может, именно он помог сохраниться в памяти рассказу Нины Александровны об одном из кровавых эпизодов Гражданской войны. Как известно, Оренбург трижды переходил из рук в руки. На этот раз белые, в основном, оставили город, и только в одном из домов в центре города замешкались с отъездом. У ворот стояла гружёная вещами подвода, на которой сидели женщин и ребёнок, неподалёку нервно трогал коня верховой казачий офицер… Но вот в конце улицы из-за угла показался разъезд красных, увидел отставших и перешёл в намёт*. Ещё не поравнявшись с подводой, кто-то из нападавших выстрелил в офицера, и тот сполз под ноги коню, другой всадник, не останавливаясь у подводы, взмахнул шашкой и голова ребёнка упала на булыжник… Эта быль, услышанная полвека назад, разом заставила потускнеть романтический блеск революции, впитанный, кажется, с молоком матери…
Скорее всего, тогда же Нина Александровна рассказала ещё об одном расчёте с прошлым революционной власти. Мало-Матросский переулок соседствовал с построенным на взносы верующих Казанско-Богородицким кафедральным собором – «вторым солнцем Урала», как его называли. В 30-е годы собор взрывали, а детали вандализма рассказчице довелось видеть своими глазами. После неудач с взрывчаткой против соборных стен поставили полевые орудия и расстреливали их прямой наводкой. В ближайших домах вылетали стёкла…
В 1934 году руины собора использовали для монументальной пропаганды: побелили и смонтировали в них макет тонущего во льдах Чукотского моря парохода «Челюскин», который в этом году спасала вся страна.
----------—
*Намёт – вскачь в полный карьер, галопом

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	О СОВЕТСКОЙ РОДИНЕ «Она была суровой, совсем не ласковой с ...	2	6	21-07-2026
2	О СОВЕТСКОЙ РОДИНЕ ... «Она была суровой, совсем не ласковой ...	3	7	09-07-2026
3	О СОВЕТСКОЙ РОДИНЕ ... «Она была суровой, совсем не ласковой ...	2	7	11-07-2026
4	О СОВЕТСКОЙ РОДИНЕ ... «Она была суровой, совсем не ласковой ...	2	6	11-07-2026
5	О СОВЕТСКОЙ РОДИНЕ ... «Она была суровой, совсем не ласковой ...	4	7	06-07-2026
6	О СОВЕТСКОЙ РОДИНЕ ... «Она была суровой, совсем не ласковой ...	2	6	05-07-2026
7	О СОВЕТСКОЙ РОДИНЕ ... «Она была суровой, совсем не ласковой ...	2	6	09-07-2026
8	О СОВЕТСКОЙ РОДИНЕ Она была суровой, совсем не ласковой с ...	0	5.33	17-08-2026
9	Анька, Baнька, так звaлa своих внуков баба Лиза. С самого ...	-2	6	11-07-2026

Классификация: . Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 0. Информативность: 5.83. Источник: vk.com.