Что ж, нас часто бросает в крайности. В конце XIX в. на 80+ млн православных в России было примерно 1000 разводов в год. В 1885 г. - 1170 разводов; браков - более 800 тыс. (Словарь Брокгауза и Ефрона, 1899). А сколько внебрачных детей? В 1897 г. более 100 тыс. (перепись 1897 г.). Люди есть люди, и всего лишь 1000 разводов в год - тоже крайность. Ей не стоит умиляться. Но откуда она взялась?

Из 100 пар сейчас 70 бросают друг друга. Как тут выжить?

Ответ - жесточайший режим разводов. "И будут два одной плотью... Что Бог сочетал, того человек да не разлучает" (Евангелие от Матфея). Вы не можете договориться по-дружески, ваше взаимное согласие ничего не значит: развод только через церковь, через Синод, только по четырем причинам (конец XIX в.), и за развод вы должны быть наказаны. Какие причины? Первая - сильнее ее нет, "сознательное и свободное прелюбодеяние", смертный грех и "оскорбление святости брака". За это жене (если ее вина) - запрет на новый брак (будь одна до конца дней своих!). К тому же он или она могут быть отправлены в монастырь или в тюрьму на время от четырех до восьми месяцев по жалобе честного супруга.

А как доказать "неверность"? И вторую причину развода - "неспособность к брачному сожитию" - как доказать? Нужны два или три "очевидных свидетеля". Плюс по причине N 2 - медицинское освидетельствование (Загоровский. О разводе по русскому праву, 1884)! Всю свою жизнь нужно вывернуть наизнанку, отдать в чужие руки!

Вот тут начинается время драм. Не по Шекспиру, но по-нашенски. Если тебе изменили, но ты любишь и жалеешь свою жену (мужа) и видишь, что у нее (него) большая любовь, когда люди не способны жить и действовать иначе, то возьми всю вину на себя.

Помните "Анну Каренину"? "Боже мой! Боже мой! за что?" - подумал Алексей Александрович (это - Каренин, муж Анны), вспомнив подробности развода, при котором муж брал вину на себя, и... закрыл от стыда лицо руками". "Чувство собственного достоинства и уважение к религии не позволяли ему принять на себя обвинение в фиктивном прелюбодеянии и еще менее допустить, чтобы жена, прощенная и любимая им, была уличена и опозорена... Согласившись на развод, он... губил Анну... Если она будет разведенною.., он знал, что она соединится с Вронским, и связь эта будет незаконная и преступная, потому что жене, по смыслу закона церкви, не может быть брака, пока муж жив".

Это вам не развод по "взаимному согласию"! И что - в конечном счете? Анна Аркадьевна ушла от мужа не разведенной; пыталась жить "незаконной семьей"; была выброшена из света; отправила письмо мужу с просьбой о разводе; на него получила окончательный отказ; он вины на себя не взял. Все знают, чем закончился роман.

А в жизни - так было? Или все из головы Толстого? Известны "прототипы" романа (покинутые мужья, разводы, вторые браки жен). Великий Витте, предсовмина империи, был дважды женат на разведенных. "Я заметил, что муж г-жи Лисаневич ведет себя самым невозможным образом и что их семейное счастье совершенно разрушено. Тогда я решился уговорить г-жу Лисаневич разойтись с мужем и выйти за меня. Вследствие такого поведения ее мужа разойтись было очень легко" (С. Ю. Витте. Воспоминания). То есть муж принял вину на себя.

С. Ю.: "Я люблю эту женщину и хочу, хоть раз в жизни, сделать что-нибудь для своего личного счастья". "С. Ю. назвал сумму 35 000 рублей, которые требует муж его будущей жены за свое согласие на развод" (С. Проппер. Первый день министра, 1928). Это примерно 50 млн "наших" руб. Видимо, эти деньги были даны. На брак с разведенной С. Ю. запросил согласие императора (или уйду с поста министра!). Александр III отмашку отдал.

Какое все ж таки рабство! Какие железные цепи из общественных привычек, законов и всевластия верхов! Правда, "на земле" все было проще. Жил-был купец Тупицын, скажем, 40 лет, и, "будучи страстно влюблен", женился на 17-летней Варваре Волженской, дочке помещика. И была у него мать, юную деву невзлюбившая, к тому же владевшая всем имуществом семьи. Давила-давила на своего отпрыска и, наконец, тот, став "послушною игрушкою в ее руках", подал на развод, т. к. жена ему изменила.

Год 1876-й, Москва, суд присяжных, а в нем "дело о клятвопреступлении", ибо три "услужливых свидетеля", нанятых Тупицыным (так его звали), солгали (Н. Карабчевский. Около правосудия, 1902). Никакой измены не было.

Первый, "актер императорских театров" Эрлангер, должник мужа, лично удостоверил, что "с ним... плененная его красой, совершила грехопадение молодая супруга Тупицына". Ложь. Второй, слуга Гусев, "взглянул в замочную скважину", в которой не было ключа. Ложь. Третья, служанка, тоже Гусева, его супружница, в лесу, "из-за куста... увидела, что они сидя обнимаются и целуются". А должна была "собирать грибы"! И это тоже - ложь! А Вареньку, якобы изменщицу, не только развели, но еще и осудили на вечное безбрачие!

И суд эту лживость признал. "Публика, - от напора которой ломятся двери суда... рукоплещет так громко, что только усиленными мерами полиции удается очистить залу суда от публики" (Карабчевский).

А как еще разойтись? Вот муж (пил, пропал), чтобы дать жене волю и не "лгать и делать все эти гадости, что нужно для развода", инсценирует самоубийство. "Пошел купаться, платье осталось на берегу". Пожалте в пьесу Толстого "Живой труп"! Вдове можно снова выйти замуж! Но, если это случайно обнаружится, ее будут судить за "двоемужие", даже если она о подвиге "бывшего" и не подозревала.

Третья причина развода - "безвестное отсутствие супруга" (от 5 лет). Тот, кто скрылся, осуждается на "вечное безбрачие". Четвертая - уголовное наказание, лишение всех прав состояния. И, наконец, император мог развести по своей воле кого угодно.

Так было с декабристами, отправленными в Сибирь (100+ чел.). Люди юные, семейных среди них было всего 23 чел. Всем женам было дано право развода при живых мужьях. Шесть жен отправились на каторгу вслед за сужеными (плюс две невесты). В трех случаях развод случился. Две сестры, в девичестве Бороздины, обе замужем за декабристами (Иосиф Поджио и Владимир Лихарев), развелись под отчаянным давлением отца, через восемь лет после осуждения мужей и неудачных попыток с ними соединиться. Жена Петра Фаленберга, кажется, развелась, не раздумывая. У всех (кроме Лихарева, сломленного разводом) был второй брак.

Что чувствовали эти люди? Каких пределов отчаяния достигали? О том, что с Поджио, жена не знала три года. Где он - еще больше. Восемь лет был в одиночке в Шлиссельбурге; потом выслан в Сибирь, и сразу жена развелась с ним. Возможно, было условие отца (мог влиять): выйдет из одиночки, если разведешься (или сгниет там).

А как вся эта "брачная тюрьма" была сломана? Год 1917-й, Декрет ВЦИК и СНК от 29 декабря: "Брак расторгается вследствие просьбы о том обоих супругов или, хотя бы, одного из них". Церковь от разводов устранена. Полная свобода разойтись!

Тут же случился "ядерный взрыв" разводов. В апреле 1918 г. разводов было в девять раз больше, чем браков; дальше вспышка пошла на убыль, "и уже в ноябре того же года число браков почти в четыре раза превышало количество разводов" (О. Шилохвост. "Александр Гойхбарг"). Естество взяло свое!

А что потом? В 1937 г. 12% браков заканчивались разводом, в 1940 - 18%. В 1944 г. ужесточены законы (через суд в двух инстанциях), разводы упали. В 1955 г. - 5%, в 1964 г. - 17%, 1965 г. - суды сняты, 1970 г. - 30%, 1990 г. - 42%, 2010 г. - 58% (Росстат, su90.ru). Все по нарастающей - до 70-72% браков в 2020-х.

Что дальше? Прогноз - ужесточение законов, рост налогов, "наказывающих" тех, кто разводится или не создал семьи, чтобы в браке было "быть дешевле". Любое общество именно так пытается "заткнуть свои дыры". Но лучше бы мы сами пытались быть вместе всю жизнь, выбирая со всей любовью и осторожностью - незаменимых, уникальных, невероятных. Не нанести боли, любить всегда, быть в полете, быть в помощь, пытаться держаться этого в поколениях. Не разводиться! Развод как крайность - в культуре, этике. Уйти от края!

Сто тысяч человек скажут: так не бывает. И еще сто тысяч - все изменилось, жизнь - другая! Но если вспомнить, что из 100 пар - сейчас 70 бросают друг друга, то "быть вместе" должно бы стать нравственным законом. Выжить без этого всем нам нельзя.