Европа, кажется, нашла очередной новый способ борьбы с российскими туристами. Мало того, что получение визы усложнили до предела, ее теперь собираются ограничивать одной страной. Получил разрешение на въезд во Францию — любуйся Эйфелевой башней. А вот в соседнюю Германию ни ногой. Даже если очень хочется посмотреть на Кёльнский собор.

Остаётся сущий пустяк: придумать, как все это реализовывать.

Может быть, снабжать каждого российского туриста электронным браслетом? Или обязать установить на телефон приложение, которое при приближении к границе Германии начинает истошно визжать: «Гражданин России, немедленно вернитесь во Францию!»?

А можно ещё проще. Выдавать россиянам специальные опознавательные знаки, чтобы европейским полицейским не приходилось всякий раз заглядывать в паспорт.  

И особенно горько, что подобные фантазии возникают на континенте, где очень любят говорить о свободе и демократии.

Между тем юридическая возможность выдавать визы с ограниченной территорией действия уже существует. Такие документы предусмотрены Визовым кодексом ЕС. Правда, пока они рассматриваются как исключение, а не универсальное наказание за гражданство. В документах Совета ЕС на 14 октября значится обсуждение выдачи подобных виз россиянам для необязательных поездок.

Но одно дело — написать ограничение на визовой наклейке, и совсем другое — заставить его работать.

— Введение для россиян шенгенских виз, действующих только на территории одного государства, юридически возможно, однако практическое обеспечение такого ограничения вызывает серьёзные вопросы, — объясняет правозащитник Мария Архипова.

По её словам, главное препятствие — сама организация Шенгенской зоны, внутри которой отсутствует систематический пограничный контроль.

— Человек, получивший визу для Франции, физически может переместиться в Германию, Испанию или Италию автомобильным, железнодорожным или воздушным транспортом, не проходя паспортного контроля. Однако при наличии визы с ограниченной территорией действия такое перемещение без иных законных оснований будет нарушением визового режима.

На внутренних авиарейсах сотрудники перевозчиков обычно проверяют документы для установления личности пассажира, но такая проверка не равнозначна полноценному пограничному контролю. На автомобильных дорогах зачастую вообще никто не интересуется паспортами путешественников. Хотя выборочные проверки и временно восстановленный пограничный контроль в Шенгене в принципе предусмотрены.

Может, европейские чиновники надеются на цифровые технологии? Ведь существуют системы VIS и EES. Первая содержит сведения о визах, вторая предназначена для регистрации пересечений внешних границ.

— Ни одна из них не обеспечивает непрерывного отслеживания перемещений человека между европейскими государствами, — подчёркивает Мария Архипова.

То есть узнать, что россиянин въехал во Францию, можно. А вот выяснить, что он на следующий день отправился пить пиво в Мюнхен, уже значительно сложнее.

Конечно, можно восстановить пограничный контроль на всех дорогах, железнодорожных маршрутах и внутренних авиарейсах. Но тогда ради нескольких российских туристов придётся основательно переделывать систему, которую европейцы строили десятилетиями.

Есть и более экономичный вариант: поставить пограничника у каждого немецкого пивного бара. Правда, тут уже французские виноделы могут обидеться.

— Государства могут проводить выборочные полицейские проверки, использовать в предусмотренных законом случаях сведения о пассажирах и временно восстанавливать пограничный контроль, — уточняет эксперт. — Таким образом, выявлять отдельные нарушения возможно, но гарантировать соблюдение территориальных ограничений каждой визы при существующей организации Шенгенской зоны нельзя.

Остаётся вопрос, насколько правомерно превращать исключительный визовый механизм в массовую практику для граждан одной страны. Как отмечает Архипова, для этого потребуется самостоятельное правовое обоснование.

Да, Европа, конечно, вправе устанавливать правила въезда на свою территорию. Но когда ограничения начинают определяться прежде всего паспортом, а не поступками конкретного человека, неизбежно возникает вопрос о коллективной ответственности.

И уже совершенно чудовищной выглядит сама идея разделить людей на «правильных» и «неправильных» по национальному признаку, которая сегодня обсуждается как вполне практическая административная задача.

Осталось придумать, как сделать «неправильных» заметнее на горизонте. И не забыть назвать это «защитой европейских ценностей».