Путешествие, которого не было Глава первая: всё начинается с будильника ...

Дата публикации: 10-08-2026 16:00:00

Путешествие, которого не было
Глава первая:
всё начинается с будильника
В тридцатом году двадцатого века, в закрытом городе Арзамас-16, жили двое детей — брат Петя и сестра Таня. Их отец, ведущий инженер секретного объекта, имел привычку приносить домой чертежи, которые нельзя было показывать, а потому дети, естественно, рассматривали их тайком, когда папа засыпал.
Этот вечер был особенно хорош. За окном завывал ветер, навевая мысли о гос. тайне и тёплых калошах, а на столе стоял папин будильник, который Петя уже успел разобрать.
— Ты всё испортил, — сказала Таня, глядя на разобранный будильник с видом академика на студенческую работу.
— Я его усовершенствую, — парировал Петя.
— Папа будет в ярости.
— Но от этого я не перестаю их трогать. Это называется научный интерес.
— Давай придумаем сказку, — предложила она.
Петя отложил будильник. Откладывание будильника было серьёзным делом, потому что означало, что он готов слушать.
— Какую?
— Космическую. Мы там инженеры и учёные, летаем на ракетах, чиним механизмы.
— А есть там что-то, что можно открутить и посмотреть, как оно устроено?
— Там всё можно открутить, — заверила Таня.
Они долго обсуждали детали. Петя настаивал на точном описании приборов, Таня — на красивом освещении и платьях.
И они уснули. Уснули крепко, с ощущением, что их ждёт что-то важное.
Глава вторая:
появляется космический корабль
Петя проснулся первым. Это сложное состояние было хорошо знакомо ему по тем дням, когда он засыпал над учебником арифметики.
Вокруг был космос. Не тот космос, который показывают в кино, а самый настоящий — с серебряными стенами, манометрами, тумблерами и огромным иллюминатором, за которым покачивалась голубая планета.
— Тань, — прошептал он, толкая сестру в бок.
Таня открыла глаза.
— Мы в сказке, — сказала она с торжественностью.
— Или нам просто снится, — практично заметил Петя.
— Главное — я вижу приборы.
Он немедленно встал на колени перед панелью управления и начал изучать её с видом знатока. На панели большая кнопка с надписью «НЕ НАЖИМАТЬ».
— А что будет, если нажать? — спросил Петя.
— Полетишь в космос без штанов, — предположила Таня.
— Ну, в космосе штаны не главное, — ответил Петя и всё-таки не нажал.
Но тут корабль качнуло, и за иллюминатором появилась планета, которая была слишком большой и слишком близкой, чтобы быть просто декорацией.
— Мы падаем! — закричала Таня.
— Мы не падаем, — спокойно возразил Петя, глядя на приборы.
— Мы прилуняемся. Видишь, стрелка «Посадка» зашкаливает, а стрелка «Крушение» стоит на нуле.
— А чья она, эта стрелка?
Корабль мягко сел. И тут из динамиков раздался голос — низкий, старый, как папин радиоприёмник, который ловил зарубежные станции.
«Вы не смогли построить рай, а я смогу».
Таня вздрогнула. Петя нахмурился.
— Это кто? — спросил он.
— Может, тот, кто посадил нас на Луну? — предположила Таня.
— Или просто случайность.
— В любом случае, — решительно сказала Таня, — раз уж мы прилунились, надо осмотреться.
Глава третья:
Луна оказывается тесной, а навигация — сложной
Лунная станция была уютной по-советски. За иллюминатором простирался серый лунный ландшафт с кратерами, похожими на котлованы из-под строящегося дома в Арзамасе.
— Красиво, — сказала Таня, прижимая к себе плюшевого медвежонка, который вдруг оказался у неё в руках, облачённый в миниатюрный скафандр.
— Но нет берёзок. Совсем.
— И не будет, — ответил Петя, который уже сидел на полу и собирал модель лунного ровера из металлического конструктора.
— На Луне нет берёз. Только тайна советской космонавтики.
— Откуда ты знаешь про тайну?
— я услышал, когда папа разговаривал по телефону.
Петя собрал модель и с удовлетворением посмотрел на неё. Колёса крутились, кабина открывалась, а на приборной панели даже было написано «СССР».
— Молодец, — похвалила Таня.
— Теперь мы можем поехать дальше.
— Куда?
— Не знаю. Но мы не можем оставаться здесь. Иллюминатор маленький, а там, — она указала на дверь, — наверное, есть что-то ещё.
Они открыли дверь. За ней оказался коридор. Длинный, серебряный, с лампами, горящими через каждые два шага. И в конце коридора была ещё одна дверь, с надписью «Батискаф».
— Батискаф? — переспросил Петя.
— Это что-то подводное.
— А мы в космосе. Как подводное может быть в космосе?
— На Луне под землёй может быть вода. Папа говорил.
— Твой папа всегда говорит что-то, чего мы не понимаем. Но это не значит, что он прав. В данном случае, — Таня открыла дверь, — он оказался прав.
За дверью была подводная станция, а за иллюминатором плавали медузы. Настоящие, светящиеся, размером с хороший арбуз.
— Как они сюда попали? — удивился Петя.
— А я откуда знаю? — пожала плечами Таня.
— Мы придумали сказку, и в ней медузы. Иначе скучно.
Они вошли внутрь. Здесь было тепло, влажно и пахло морем. Петя сразу же подошёл к большому красному вентилю и начал его крутить.
— Не крути, — сказала Таня.
— Ты не знаешь, что там.
— А я и не кручу. Я просто проверяю, работает ли он.
— Он работает, — сказал голос.
— И если его докрутить до конца, вода поднимется на два метра.
Это был тот же голос. Металлический, низкий, который что-то знал про рай.
— Ты кто? — спросил Петя, отпуская вентиль.
— Я тот, кто построит рай, когда вы проснётесь.
— Но мы не хотим, чтобы вы строили рай, — сказала Таня.
— Мы сами построим.
— Вы не смогли построить рай, а я смогу.
— Сейчас — просто смотрите, запоминайте, учитесь.
И голос замолчал. А медузы за иллюминатором начали менять цвет, переливаясь от бирюзового к фиолетовому, от фиолетового к золотому.
Глава четвёртая:
подводная станция приводит в бункер, а бункер — к дирижаблю
— Слушай, — сказал Петя, вытирая руки о комбинезон.
— Мне кажется, этот голос нас ведёт. Он показал нам Луну, потом это место. Что дальше?
— Дальше, — ответила Таня, которая стояла у огромного иллюминатора, провожая глазами стаю рыб, проплывающих мимо, — дальше мы пойдём туда, куда он скажет. Но будем делать вид, что мы сами так решили.
— Зачем?
— Чтобы ему было приятно. Когда кто-то думает, что он управляет тобой, он становится увереннее. А уверенные люди часто ошибаются.
— Ты это у мамы узнала?
— У старшей пионервожатой.
Они прошли в следующий отсек. Тот, что вёл наверх. Подъём был длинным, с множеством лестниц и винтовых трапов.
— Я устал, — признался он.
— Мы почти пришли, — сказала Таня.
— Вон там дверь.
За дверью был бункер. Жёлтый, тёплый, пропахший консервированными персиками и бумагой. На стенах висели плакаты: «Гражданская оборона», «Берегите хлеб», «В случае ядерной угрозы спускайтесь в убежище».
— Уютно, — сказал Петя, садясь на корточки у массивной герметичной двери.
— Как в нашем подвале, только чище.
Таня взяла банку с персиками с полки. Она была стеклянной, с красивой этикеткой, на которой было написано «Особый заказ № 7».
— Может быть, это сон, — сказала она, — но я чувствую запах персиков. Настоящий.
— Значит, во сне можно чувствовать запахи, — ответил Петя.
— Или это нам только кажется, что мы чувствуем.
— Не философствуй, лучше иди сюда. Тут есть радиоприёмник с лампами.
Петя подошёл и начал крутить ручку настройки. Из приёмника доносились помехи, далёкие голоса и обрывки маршей.
— Вот, — сказал он. — «Нам песня строить и жить помогает». Включат в любой точке мира.
— Или во сне.
— Или во сне.
Они не заметили, как в бункере появился лифт. Старый, с деревянными дверцами и кнопкой «Вверх». Петя нажал, и они поднялись в каюту дирижабля.
— Это уже интереснее, — сказал Петя, оглядываясь.
— Дерево, карты, компас. Прямо как у пиратов, только без пиратов.
Таня стояла у окна с деревянными рамами, смотрела на облака и вдыхала небесный воздух.
— Давай останемся здесь, — сказала она.
— Это лучшее место. Облака, солнце, никого нет.
— Никого нет, кроме нас и того голоса, — напомнил Петя, который уже протирал латунную шестерню тряпкой.
— Он нам не мешает. Он просто говорит что-то про рай.
— И это странно. Почему он всё время повторяет это?
— Потому что хочет, чтобы мы запомнили. И, наверное, потому что он прав.
Петя задумался. Шестерня в его руках была тёплой и гладкой. Он посмотрел на неё, потом на облака за окном.
— Может, он говорит о настоящем рае, — сказал он.
— Который строится где-то в секретном месте. Как наш Арзамас.
— Наш Арзамас — не рай, — возразила Таня.
— Там дождь, скука и папины чертежи.
— Но там мы есть. Это уже много.
Глава пятая:
облака сменяются дымом, а дым — джунглями
Но на дирижабле они задержаться не смогли. Каюта заполнилась паром. Точнее, это был не пар, а дым — густой, с запахом масла и горячего металла.
— Пожар? — испугалась Таня.
— Нет, — ответил Петя, выглядывая в окно.
— Мы приземляемся. На фабрику.
Фабрика была индустриальным кошмаром. На конвейерной ленте двигались маленькие роботы, которых собирали механические руки.
— Они нас заметили, — сказал Петя, когда один из роботов повернул голову в их сторону.
— Они не люди. Они машины. Им всё равно.
Но робот не был равнодушным. Он спрыгнул с конвейера и подошёл к Тане. В его металлической руке была маленькая деталь.
— Возьмите, — сказал он голосом, похожим на тот, что звучал в динамиках.
— Это ключ. Без него вы не попадёте дальше.
— Куда дальше? — спросила Таня, беря деталь.
— Туда, где строят рай.
Петя посмотрел на деталь. Это был винтик. Обыкновенный стальной винтик, таких сотни лежат в папином ящике.
— Это ключ? — усмехнулся он.
— Винтик?
— Всё в этом мире работает от винтиков, — сказал робот и вернулся на конвейер.
— Странный робот, — сказал Петя. — Но винтик я возьму. Может, пригодится.
Они прошли через фабрику к следующей двери. За ней были джунгли.
— Как это возможно? — спросила Таня, вдыхая влажный воздух.
— Мы были на Луне, под водой, в бункере, на небе, на фабрике. А теперь — джунгли.
— Это сон, — напомнил Петя.
— Во сне всё возможно.
— А если это не сон? Если мы действительно путешествуем?
— Тогда у нас проблемы, потому что в реальности джунгли не могут быть в космосе.
В лаборатории, стоящей среди джунглей, было светло и чисто. Белые стены, хромовые приборы, книги.
Таня подошла к открытому окну.
— Здесь можно жить, — сказала она.
— Здесь спокойно.
— Здесь жарко, — возразил Петя, который изучал под микроскопом неведомый образец. — И эти растения странные.
— Они не странные. Они красивые.
— Красивые — не значит безопасные. Это тебе не папины кактусы на подоконнике.
Когда солнце начало клониться к закату, потолок лаборатории раздвинулся, и откуда-то сверху посыпался снег. Настоящий, холодный, который таял на тёплой земле.
— Мы мерзнём, — сказала Таня, поёживаясь в своём лёгком платье.
— Надо идти дальше.
— Туда, где тепло, — сказал Петя, уже собравший чемоданчик с образцами.
Глава шестая:
полярная станция оказывается центром вселенной
Они попали на полярную станцию. Как — никто не запомнил. Вероятно, был какой-то переход, лифт, телепорт, но в сказках детали часто опускаются в пользу сюжета.
Здесь было тепло, уютно. Таня стояла у иллюминатора в красном вязаном свитере и валенках. На голове была меховая шапка-ушанка, в руках — кружка с чаем.
— Ты знаешь, — сказала она, глядя на снежную бурю за окном, — это самое хорошее место из всех.
Петя сидел у печки-буржуйки, подбрасывая дрова. Рядом сушились варежки, и на них было написано «Петя» и «Таня» — маминой рукой.
— А как мы попали сюда? — спросил он, но не для того, чтобы получить ответ, а для того, чтобы просто сказать что-то.
— Не знаю, — ответила Таня.
— Наверное, нам нужно было оказаться здесь. Здесь, где холодно снаружи и тепло внутри.
— А что там, — Петя указал на дверь, — дальше?
— Не знаю. Но если мы откроем дверь, нас, наверное, ждёт ещё что-то. Ярмарка или музей.
— Я бы хотел музей, — сказал Петя.
— Там должны быть экспонаты, которые можно потрогать.
— В музеях трогать нельзя, — напомнила Таня.
— А я буду.
И они открыли дверь. И действительно оказались в музее.
Глава седьмая:
музеи, ярмарки и обсерватории смешиваются в одну картину
Марсианский музей был золотым и красным. В витринах лежали марсианские артефакты, на стенах висели барельефы, а через высокие арочные окна был виден красный пейзаж.
— Красиво, — сказала Таня, разглядывая экспонат, похожий на папин радиоприёмник, только больше.
— Но это не наш космос. Это чужой.
— Все космосы чужие, — ответил Петя.
— Даже наш, арзамасский, на самом деле не наш.
— Но мы здесь.
— Мы здесь случайно.
А потом была ярмарка. Космическая ярмарка с неоновыми огнями и сахарной ватой. Таня держала в руках розовое облако сахара и улыбалась. Петя стоял рядом с билетами в кармане и рассматривал карусель.
— Хочешь прокатиться? — спросил он.
— Хочу. Но я боюсь, что проснусь.
— Не бойся. Даже если проснёшься, мы можем придумать новый сон.
Они прокатились на гравитационной карусели, где не было ни верха, ни низа, а только радость и весёлый шум. Казалось, что весь мир — это один большой аттракцион.
Последним местом была обсерватория. Тёмно-синяя, с латунными приборами и большим телескопом. Потолок был открыт, и Млечный Путь тек прямо над ними.
— Здесь тихо, — сказала Таня, глядя в окуляр. — Здесь можно думать.
— О чём? — спросил Петя, крутя рычаги управления куполом.
— О том, что мы строим. О рае, который не построили.
— Мы ещё маленькие. Мы можем построить его потом.
— А если не сможем?
Петя замолчал.
— Сможем, — сказал он твёрдо.
— Если захотим.
И тут голос снова заговорил. Но на этот раз он был не хриплым и стальным, а тихим и почти человеческим.
«Вы не смогли построить рай, а я смогу. Но может быть, вы сможете построить что-то другое. Что-то своё».
Глава восьмая:
сон заканчивается, а сказка остаётся
Они проснулись утром. В комнате было светло, пахло кашей и мамиными духами. За окном шёл обычный арзамасский дождь, и где-то вдалеке гудел автомобиль.
— Петя, — сказала Таня, не открывая глаз.
— Это был сон?
— Да, — ответил Петя, который уже сидел на кровати и смотрел на разобранный будильник.
— И мы там ничего не построили.
— Нет. Но мы многое увидели.
Таня открыла глаза и посмотрела на брата. Он улыбался.
— Ты слышал его голос? — спросила она. — Про рай?
— Слышал. Это был просто голос. Как в радиопередаче.
— Но он сказал что-то важное.
— Он сказал много важного. Но самое важное сказали мы, когда решили, что всё равно построим.
— Даже если это не рай? — спросила Таня.
— Даже если не рай. Главное — строить. И видеть. И не бояться.
Они пошли на кухню. За завтраком Таня вдруг спросила:
— А что, если тот голос был не просто голосом? Что, если он был настоящим?
Петя откусил бутерброд и задумался.
— Тогда он должен быть где-то в Арзамасе, — сказал он.
— Потому что всё в нашей сказке было связано с нашим городом.
Луна, вода, фабрики — это всё папина работа, мамины рассказы, наши книжки.
— Но там было что-то большее, — настаивала Таня.
— Может быть. Мы узнаем, когда вырастем.
Вечером, перед сном опять обсуждали, куда бы отправиться в следующий раз.
И когда они наконец уснули, им снова приснился сон. Но это была уже другая сказка.
✨✨✨
Бисер задание №256
3.49 Вы не смогли построить рай, а я смогу.
✨✨✨
#м_MariOlle_о
#м_10_08_26_о
#следуй_за_штормом
#м_приключение_о
#м_детство_о
#м_ретрофутуризм_о
#м_сновидение_о

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	Доброе утро! Я сделал новую книгу, название «Путешествие». Прочитать можете ...	0	9.11	25-07-2026
2	✦ СКАЗКИ ПУЛЬСАРА ✦ «Планета без воздуха» [архив станции восстановлен ...	0	8.68	04-08-2026
3	На чужой планете 1 Чем ближе Ромка подлетал к планете ...	0	5.88	26-07-2026
4	В детстве всё, что ты делаешь, кажется невероятно важным. Важно ...	2	6	17-07-2026
5	Проклятая планета – Маша, где ты? – заговорила рация родным ...	0	6.4	26-07-2026
6	«Космические дальнобойщики» Слепая петля «Грозовой кот» дрожал, но не от ...	0	5.94	10-08-2026
7	Публикация [https://vk.ru/wall-221758994_4111|конкурсных произведений] в авторской редакции Номинация «ПРОЗА» Подноминация «Фантастика» ...	0	6.3	26-07-2026
8	ЭТО КОСМОС, ДЕТКА. Часть 1. Прибытие. #7дней_на_чужой_планете_ТЛ_П1 [club227195952|Творческие люди ТЛ ...	1	11.03	26-07-2026
9	Советский Союз покорил космос, однако за полёты к другим звёздам ...	0	7.17	25-07-2026

Классификация: Арктика. Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 0. Информативность: 6.8. Источник: vk.com.