На российском углеродном рынке, несмотря на устойчивый рост, сложился структурный дисбаланс: спрос на углеродные единицы существенно отстает от предложения. В этом году, по данным Kept, объем сделок с ними сократился почти вдвое. Основным драйвером ликвидности остается Сахалинский эксперимент, при этом активность бизнеса во многом обусловлена ожиданием ужесточения регулирования в климатической сфере. Для дальнейшего развития рынка, по оценкам экспертов, необходимо формирование новых источников спроса — таких как компенсация углеродного следа продукции и интеграция в международные механизмы.

Как следует из представленного 25 августа компанией Kept доклада «Рынок углеродных единиц в России: текущее состояние, новые драйверы и изменения в регулировании», в этой сфере наблюдается структурный дисбаланс — значительное превышение предложения углеродных единиц (УЕ) над спросом. Поясним, углеродные единицы — это верифицированные результаты реализации климатических проектов, учитывающие массу «сэкономленных» при производстве парниковых газов. Выпустившие УЕ компании могут погашать ими свои выбросы (засчитывать в рамках выделенных им квот) и продавать их менее «зеленым» предприятиям (см. “Ъ” от 13 августа).

На 1 августа, отмечается в докладе, зарегистрировано 127 климатических проектов с потенциалом выпуска свыше 109 млн УЕ — из них 37,6 млн находятся в обращении. Несмотря на устойчивый рост предложения, объем сделок с 2022 года превысил лишь 286 тыс. углеродных единиц. При этом в 2026 году наблюдается сокращение объема сделок: за январь—июль заключены соглашения с 74,1 тыс. УЕ (годом ранее — 126,9 тыс.). Такая динамика объясняется двукратным снижением спроса со стороны участников Сахалинского эксперимента (с 68,1 тыс. УЕ в 2026 году против 124,7 тыс. в 2025-м). Тем не менее ключевым драйвером спроса на УЕ остается именно Сахалин — за 2025 год число компаний, превысивших квоты, сократилось с 12 до 4, а объем превышения упал более чем вдвое.

Наиболее перспективный, по оценкам Kept, драйвер долгосрочного спроса — компенсация углеродного следа продукции. Речь идет о последовательном снижении выбросов через технологические решения и использовании УЕ лишь для нейтрализации остаточного следа. Этот инструмент, полагают эксперты, может сократить выбросы в цепочке создания стоимости. Параллельно формируется и розничный спрос — в 2026 году начались сделки в интересах физлиц, но пока их число минимально (общий объем — 220 УЕ).

Пока что, следовало из выступлений на презентации, главный мотив выхода бизнеса на углеродный рынок — ожидание ужесточения регулирования. Так, с 1 сентября в РФ вводится обязательное использование утвержденных методологий для климатических проектов. Как пояснил “Ъ” партнер Kept Владимир Лукин, регулирование может вывести спрос из стагнации, если будет предусматривать механизмы поддержки модернизации производства и повышения энергоэффективности через инструменты углеродного рынка.

Также развитие рынка связано с внедрением обязательных требований к углеродному следу продукции на внешних рынках, отметила первый вице-президент Газпромбанка Екатерина Салугина-Сороковая. Речь идет о программе CORSIA (авиация) с прогнозом спроса в 500 млн тонн к 2030–2035 годам при ценах $20–100 за УЕ, а также национальных системах торговли выбросами (например, ЕС и КНР) с прогнозом спроса более 1 млрд тонн. Существенным фактором, по ее словам, становится и деятельность Открытой коалиции по обязательным углеродным рынкам (инициатива Бразилии и Китая при поддержке ЕС), которая в перспективе займет до 70% глобального рынка. Для российских климатических проектов, полагает Екатерина Салугина-Сороковая, единственный путь — соответствие международным стандартам качества. «Выживут только экономически обоснованные проекты, отвечающие запросам ключевых покупателей»,— подчеркнула она.

Как сообщили “Ъ” в Минэкономики, ведомство совершенствует законодательство для роста спроса на российские УЕ. Так, в 2025 году приняты изменения, направленные на соответствие российской системы реализации климатических проектов и обращения углеродных единиц CORSIA. В марте этого года, рассказывают в ведомстве, РФ подала заявку на аккредитацию в Международную организацию гражданской авиации (ИКАО) — в случае ее одобрения российские углеродные единицы можно будет использовать для погашения выбросов, образовавшихся в результате международных полетов.

Анна Королева