Дата публикации: 20-07-2026 07:41:57

23 июня 1839 года Начальник горных заводов хребта Уральского В.А. Глинка распорядился обеспечить подорожной и тремя лошадьми аптекаря Густава Гельма, которого направил для изучения Нижнесергинских минеральных вод.
23 июня 1839 года Начальник горных заводов хребта Уральского генерал-лейтенант Владимир Андреевич Глинка продиктовал записку, направленную в 1 Департамент Уральского Горного Правления. Распоряжения его касались необходимости обеспечить подорожной и тремя лошадьми аптекаря Екатеринбургских заводов надворного советника Густава Гельма.
Главный Начальник горных заводов Уральского хребта генерал В.А. Глинка (из открытых источников)
Дом Главного начальника горных заводов в Екатеринбурге на Гимназической набережной (из открытых источников)
В тот же день аналогичное послание получил сам господин аптекарь. Ему предписывалось, отправившись в Нижне-Сергинский завод, изучить на месте лечебные свойства Сергинской минеральной воды и «сделать им химическое испытание и подробное разложение».[1]
Горнозаводская аптека в Екатеринбурге, где служил Г. Гельм (из открытых источников)
Целый месяц потребовался г. Гельму для завершения текущих дел в городе, и для подготовки к выполнению ответственного задания.
Утром 24 июля он устроился в дорожном тарантасе, сзади пристроил большой баул с химическими реагентами и отправился в неблизкое путешествие. Миновал завод Императрицы Анны, справа остался Верх-Исетский пруд и Варнацкий увал, о котором ходили в городе жуткие слухи. Преодолев полсотни верст г. Гельм переночевал на почтовой станции Билимбаевского завода, и на следующий день тарантас свернул с наезженного Московского тракта на юг. Вот где господину аптекарю стало не по себе. Неуютные мрачные хвойные леса вплотную подступали к дороге. 
Нижне-Сергинский завод открылся вдруг. В котловине между поросшими лесом холмами заблестела гладь пруда, и над этой первозданной красотой возвышались черные клубы дыма – варили чугун.
Нижнесергинский пруд (архив автора)
В четырех верстах от завода ниже по течению реки Серги из-под скалы выбивается ключ, о котором в последнее время по Екатеринбургу стали ходить невероятные слухи. Он то и был целью путешествия надворного советника.
Общий вид Нижнесергинских минеральных вод. Фото начала XX века (архив автора)
Запах тухлых яиц повис в воздухе уже за полверсты до подъезда к источнику. Природное любопытство заставило г. Гельма не только осмотреть место рождения воды, но и понюхать и даже попробовать ее на вкус. Вода оказалась солоноватой с «отвратительным» привкусом, однако через несколько дней г. Гельм попривык и стал находить ее «не только сносною, но даже приятною, освежающею». 
Вооружившись палкой, господин аптекарь исследовал отверстие, из которого изливалась вода. Палка ушла под скалу вертикально на четыре аршина.
Поинтересовался г. Гельм дальнейшей судьбой источника. Тот впадал в небольшое болотце, и уже из него тонкие струйки бежали к Серге.  Поднялся господин аптекарь и на серые, поросшие мохом, скалы, нависающие над родником. Сверху открывался потрясающий вид на долину реки Серги. Чуть справа виднелась изогнутая луком Орлова гора. У подножья ее впадал в Сергу слабый поток – река Бардым.
К вечеру г. Гельм вернулся в поселок Нижне-Сергинского завода. В разговорах со старожилами он узнал много для себя нового и любопытного. Оказывается, Нижнесергинский чугунолитейный завод с молотовыми фабриками построен был Никитой Никитичем Демидовым, младшим сыном Никиты Антуфьева (Демидова) еще в сороковые годы прошлого века. Никита Никитич перевел на уральские заводы крестьян из Ромодановской вотчины, что лежит южнее купеческого города Калуга.
Однако, в 4 верстах от Гамаюнских деревень на левом берегу Оки находится небольшое лесное озерко сероводородной воды, которое до настоящего времени пользуется большой популярностью среди жителей Калуги. Калужские гамаюны, бабки-повитухи, знахарки могли обладать познаниями о чудодейственном влиянии сероводорода на человеческий организм, особенно при лечении кожных заболеваний.
Лесное озеро сероводородной воды под Калугой в 4 верстах от Калужской Гамаюнщины (архив автора)
В 1755 году производство начало расширяться. Местный приказчик распорядился построить на левом берегу Серги против самого источника конный двор. Весной река, разливаясь, затапливала низины, и летом в них густо росла трава. Лошади, к удивлению конюхов, приспособились вброд переходить реку, добирались до вонючего голубоватого источника и припадали к воде. Вскоре было замечено: шерсть на лошадях полиняла, сделалась чище, стала лосниться. Вслед за лошадьми к источнику потянулись и Сергинские жители, страдающие неизлечимыми болезнями: ревматизмами, радикулитами, рахитами, экземами и т.д. В воде купались, наиболее смелые принимали ее внутрь. И странное дело: солоноватая вода снимала боли в животе, заживляла язвы. Жители Серег назвали источник Солонцом.
Кобыла принимает пылевые ванны для очистки кожи (архив автора)
В 1785 году близ ключа предприимчивый сергинский управляющий распорядился построить солеварню. Но соль, выпариваемая из воды, оказалась горьковатой на вкус и в пищу не годилась. Предприятие пришлось свернуть.
Сорок лет спустя один из служащих Нижне-Сергинского завода, мучимый хроническими ревматическими болями, договорился с местным водовозом о доставке минеральной воды на дом. Домашние переливали воду в огромную дубовую бочку, грели, опуская в нее раскаленные камни, после чего болезный патриарх забирался со стоном внутрь и замирал. Несколько месяцев продолжалось лечение. То ли каждодневные молитвы, то ли удивительное действие воды, но служащий избавился от болезненных ощущений в пояснице. По выходным он снова гоголем ходил по Главной улице Нижних Серег, раскланиваясь со встречными знакомыми.
Сергинцы восприняли происшедшее, как чудо. Страждущих в поселке было много, и опять потянулись к источнику очереди. А там, где рождается потребность в чуде, оно и происходит. Жены и дочки маленьких начальников и начальников побольше тщательно прислушивались к процессам, происходящим в их организмах, и находили действительно чрезвычайно полезным дышать воздухом близ источника, купаться в нем и даже пить эту «отвратительную» воду.
Все попытки пользоваться водой, принесенной домой самостоятельно в кувшинах и бутылках, завершались ничем. Вода стремительно утрачивала специфический запах и лечебные свойства. По этой причине заводской врач Стржелковский убедил заводовладельца К.М. Губина в целесообразности сооружения двух корпусов купальных отделений: мужского и женского. Сам источник был облагорожен. Вода, вытекавшая из-под скалы, попадала в каменный бассейн, откуда насосом отводилась по трубам в купальни, где нагревалась в большом чугунном котле.
Каменный бассейн минеральной воды Фото 1930-х гг. (архив автора)
С лета 1832 года началось регулярное посещение источника больными. Воды становились популярными. Недалеко от них были построены гостиница, номера и несколько жилых домов, сдаваемых внаем отдыхающим. Весной 1839 года между купальнями и самим ключом была построена крытая галерея длиной в 45 сажен, чтобы благородная публика могла проходить к источнику для приема воды внутрь даже в капризную дождливую погоду.
Строительство двух корпусов на Нижнесергинских минеральных водах (из открытых источников)
Слухи о чудесных свойствах Сергинской минеральной воды дошли до Екатеринбурга и до Начальника Уральских горных заводов, следствием чего и явилась командировка Екатеринбургского аптекаря в Нижние Серги. Господин аптекарь, не мешкая, приступил к «испытаниям минеральной воды». Измерил ее температуру. Она оказалась постоянной и равной +60 по Реомюру. Серебряная чашка, в которую была налита минеральная вода, вскоре почернела. Оставленная на ночь в открытом сосуде, вода сделалась мутной и утратила запах.
Господин аптекарь испытывал воду ртутью, едким аммиаком, хлористым баритом, селитро-кислым серебром, синильной кислотой, синильно-кислым калием и массой других реагентов. В конце концов, выводы, записанные им, свидетельствовали, что в одном аптекарском фунте сергинской минеральной воды содержится углекислого газа – 2,9 куб. дюйма, а сероводородного газа – 0,43 куб. дюйма. Постоянных же веществ в 10 фунтах аптекарских было насчитано 423 грана, в том числе хлористый натрий, углекислая известь, углекислое железо, сернокислая известь и т.д.
К каким выводам пришел Начальник Уральских горных заводов после чтения предоставленного ему отчета, осталось неизвестным. Может быть, оценил изобретательность и тщательность проведенной работы. Изучение уральских минеральных вод еще только-только начиналось. Нижние Серги, конечно, не Баден-Баден, но кто знает!?
Через два года после описанных событий два знаменитых иностранных геолога Председатель Лондонского Географического общества Родерик Мурчисон и Вице-президент Парижского Геологического общества де Вернель пожелают произвести исследования в России. Их будет интересовать, прежде всего, геология Уральских гор. В.А. Глинка получит предписание из Петербурга «оказать сим ученым в предполагаемом ими по России геологическом путешествии возможное пособие и содействие». И содействие будет оказано.
Проезжая по Большому Сибирскому тракту мимо Бисертского завода г. Мурчисон заинтересовался характером геологических отложений в данном районе и изъявил намерение ознакомиться с местностью, лежащей южнее. Так он оказался в Нижне-Сергинском заводе. Далее имеет смысл выслушать самого геолога.
«…Осведомившись, что минеральные Нижне-Сергинские ключи находятся в расстоянии одной почтовой станции на юг от большой дороги, мы своротили с нее для обзора распространенных там горнокаменных пород. Несколько раз имели мы случай собрать убедительные доказательства в Силурийской стране Англии, Рейнской области и других частях Европы, что минеральные источники весьма часто восходят на поверхность земную в тех самых точках, где породы огненного или плутонического происхождения прорывались сквозь образования осадочные; переезд через тунележащие луга и пастбища, покрытые роскошною растительностью, вдоль одной из продольных долин на запад от хребта к заводу Нижне-Сергинскому, был сделан в полном убеждении, что происхождение минеральных ключей и появление беспорядков, замечаемых по обеим сторонам дороги, может быть истолковано подобным же образом. Мы не обманулись в ожиданиях наших. Химическое исследование минеральной воды не входило в план занятий, нами предположенных, мы ограничились испытанием вкуса воды этого родника, который весьма изобилен и представляет много сходства с Герроугетскими минеральными водами в Йоркшире, будучи насыщен, как нам кажется, подобно им, водородным газом».
Лучшего и желать было невозможно! Всемирно известный ученый дал отзыв о Сергинской воде, сравнив ее с популярными европейскими водами.
Родерик Мурчисон и его книга «Геологическое описание Европейской России и хребта Уральского» (из открытых источников)
В декабре 1844 года Пермский губернатор Илья Иванович Огарев послал запрос Главному Начальнику горных заводов В.А. Глинке о возможности использования Сергинских минеральных вод для лечения военных кантонистов[2]. Кто знал, что в судьбу несчастных кантонистов вмешается личная неприязнь двух талантливых государственных деятелей?
Ответ В.А. Глинки был определенен. «Ежели кантонистам уже необходимо лечиться минеральными водами», то не лучше ли для этой цели использовать другие источники Пермской губернии, расположенные ближе к Перми и Кунгуру. Для расквартирования большого количества кантонистов в Нижних Сергах надобно просить заводчика Константина Губина о постройке дополнительных помещений. Поскольку сами Сергинские заводы сейчас находятся в крайне расстроенном положении, скорее всего заводчик на дополнительные расходы не пойдет.
Безусловно, человек государственного мышления В.А. Глинка оказался вовлечен в мелочную борьбу с другой властной ветвью. В голове у чиновника уже роились планы использования Сергинских минеральных вод, но отдавать пальму первенства в этом деле Министерству внутренних дел или же Пермскому губернатору он не собирался.
После смерти Константина Губина в 1848 году на Сергинских заводах начнет свою фантастическую деятельность в качестве опекуна за малолетними наследниками Губина их дядя по матери – Семен Иванович Кони. Человек кипучей энергии он не только сумеет реконструировать все производство на губинских заводах, но и с честью представит их на Московской промышленной выставке 1853 года. Не останутся в стороне от его внимания и минеральные воды. И в этом его интересы, как хозяйственника, совпадут с социальными проектами В.А. Глинки
Прогулка благородной публики между процедурами по Орловой горе (архив автора)
С 1855 года, согласно распоряжению господина Главного Начальника горных заводов, на Нижне-Сергинские минеральные воды станут направляться больные мастеровые с уральских заводов. Повезут сюда больных золотухой, сифилисом, рахитом с Гороблагодатских, Златоустовских и других заводов[3]. К этому времени лечебное действие воды уже несколько лет будет изучаться заводским врачом К.Ф. Мичерлихом. В.А. Глинка потребует ежемесячного предоставления ему отчетов об успехах в лечении больных и «о расходах, которые будут выходить на содержание и пользование их». Болезнь, по его мнению, не является поводом к наживе.
Валерий Трубецкой
[1] ГАСО, ф.43, оп.2, д. 1731, л.2
[2] Кантони́сты (от нем. Kantonist — новобранец) — и несовершеннолетние сыновья нижних воинских чинов Российской Империи, сами принадлежавшие к военному званию, то есть к военному ведомству, и в силу своего происхождения обязанные к военной службе. /Википедия
[3] ГАСО. Ф.43, оп.1, д.2250, л.1-2.
Читайте также:
Курорт-санаторий «Нижние Серги»
Город Нижние Серги
Публичная библиотека Нижнесергинского общества

Основное содержимое страницы с новостью.

23 июня 1839 года Начальник горных заводов хребта Уральского генерал-лейтенант Владимир Андреевич Глинка продиктовал записку, направленную в 1 Департамент Уральского Горного Правления. Распоряжения его касались необходимости обеспечить подорожной и тремя лошадьми аптекаря Екатеринбургских заводов надворного советника Густава Гельма.

Главный Начальник горных заводов Уральского хребта генерал В.А. Глинка (из открытых источников) Дом Главного начальника горных заводов в Екатеринбурге на Гимназической набережной (из открытых источников)

В тот же день аналогичное послание получил сам господин аптекарь. Ему предписывалось, отправившись в Нижне-Сергинский завод, изучить на месте лечебные свойства Сергинской минеральной воды и «сделать им химическое испытание и подробное разложение».[1]

Горнозаводская аптека в Екатеринбурге, где служил Г. Гельм (из открытых источников)

Целый месяц потребовался г. Гельму для завершения текущих дел в городе, и для подготовки к выполнению ответственного задания.

Утром 24 июля он устроился в дорожном тарантасе, сзади пристроил большой баул с химическими реагентами и отправился в неблизкое путешествие. Миновал завод Императрицы Анны, справа остался Верх-Исетский пруд и Варнацкий увал, о котором ходили в городе жуткие слухи. Преодолев полсотни верст г. Гельм переночевал на почтовой станции Билимбаевского завода, и на следующий день тарантас свернул с наезженного Московского тракта на юг. Вот где господину аптекарю стало не по себе. Неуютные мрачные хвойные леса вплотную подступали к дороге. 

Нижне-Сергинский завод открылся вдруг. В котловине между поросшими лесом холмами заблестела гладь пруда, и над этой первозданной красотой возвышались черные клубы дыма – варили чугун.

Нижнесергинский пруд (архив автора)

В четырех верстах от завода ниже по течению реки Серги из-под скалы выбивается ключ, о котором в последнее время по Екатеринбургу стали ходить невероятные слухи. Он то и был целью путешествия надворного советника.

Общий вид Нижнесергинских минеральных вод. Фото начала XX века (архив автора)

Запах тухлых яиц повис в воздухе уже за полверсты до подъезда к источнику. Природное любопытство заставило г. Гельма не только осмотреть место рождения воды, но и понюхать и даже попробовать ее на вкус. Вода оказалась солоноватой с «отвратительным» привкусом, однако через несколько дней г. Гельм попривык и стал находить ее «не только сносною, но даже приятною, освежающею». 

Вооружившись палкой, господин аптекарь исследовал отверстие, из которого изливалась вода. Палка ушла под скалу вертикально на четыре аршина.

Поинтересовался г. Гельм дальнейшей судьбой источника. Тот впадал в небольшое болотце, и уже из него тонкие струйки бежали к Серге.  Поднялся господин аптекарь и на серые, поросшие мохом, скалы, нависающие над родником. Сверху открывался потрясающий вид на долину реки Серги. Чуть справа виднелась изогнутая луком Орлова гора. У подножья ее впадал в Сергу слабый поток – река Бардым.

К вечеру г. Гельм вернулся в поселок Нижне-Сергинского завода. В разговорах со старожилами он узнал много для себя нового и любопытного. Оказывается, Нижнесергинский чугунолитейный завод с молотовыми фабриками построен был Никитой Никитичем Демидовым, младшим сыном Никиты Антуфьева (Демидова) еще в сороковые годы прошлого века. Никита Никитич перевел на уральские заводы крестьян из Ромодановской вотчины, что лежит южнее купеческого города Калуга.

Однако, в 4 верстах от Гамаюнских деревень на левом берегу Оки находится небольшое лесное озерко сероводородной воды, которое до настоящего времени пользуется большой популярностью среди жителей Калуги. Калужские гамаюны, бабки-повитухи, знахарки могли обладать познаниями о чудодейственном влиянии сероводорода на человеческий организм, особенно при лечении кожных заболеваний.

Лесное озеро сероводородной воды под Калугой в 4 верстах от Калужской Гамаюнщины (архив автора)

В 1755 году производство начало расширяться. Местный приказчик распорядился построить на левом берегу Серги против самого источника конный двор. Весной река, разливаясь, затапливала низины, и летом в них густо росла трава. Лошади, к удивлению конюхов, приспособились вброд переходить реку, добирались до вонючего голубоватого источника и припадали к воде. Вскоре было замечено: шерсть на лошадях полиняла, сделалась чище, стала лосниться. Вслед за лошадьми к источнику потянулись и Сергинские жители, страдающие неизлечимыми болезнями: ревматизмами, радикулитами, рахитами, экземами и т.д. В воде купались, наиболее смелые принимали ее внутрь. И странное дело: солоноватая вода снимала боли в животе, заживляла язвы. Жители Серег назвали источник Солонцом.

Кобыла принимает пылевые ванны для очистки кожи (архив автора)

В 1785 году близ ключа предприимчивый сергинский управляющий распорядился построить солеварню. Но соль, выпариваемая из воды, оказалась горьковатой на вкус и в пищу не годилась. Предприятие пришлось свернуть.

Сорок лет спустя один из служащих Нижне-Сергинского завода, мучимый хроническими ревматическими болями, договорился с местным водовозом о доставке минеральной воды на дом. Домашние переливали воду в огромную дубовую бочку, грели, опуская в нее раскаленные камни, после чего болезный патриарх забирался со стоном внутрь и замирал. Несколько месяцев продолжалось лечение. То ли каждодневные молитвы, то ли удивительное действие воды, но служащий избавился от болезненных ощущений в пояснице. По выходным он снова гоголем ходил по Главной улице Нижних Серег, раскланиваясь со встречными знакомыми.

Сергинцы восприняли происшедшее, как чудо. Страждущих в поселке было много, и опять потянулись к источнику очереди. А там, где рождается потребность в чуде, оно и происходит. Жены и дочки маленьких начальников и начальников побольше тщательно прислушивались к процессам, происходящим в их организмах, и находили действительно чрезвычайно полезным дышать воздухом близ источника, купаться в нем и даже пить эту «отвратительную» воду.

Все попытки пользоваться водой, принесенной домой самостоятельно в кувшинах и бутылках, завершались ничем. Вода стремительно утрачивала специфический запах и лечебные свойства. По этой причине заводской врач Стржелковский убедил заводовладельца К.М. Губина в целесообразности сооружения двух корпусов купальных отделений: мужского и женского. Сам источник был облагорожен. Вода, вытекавшая из-под скалы, попадала в каменный бассейн, откуда насосом отводилась по трубам в купальни, где нагревалась в большом чугунном котле.

Каменный бассейн минеральной воды Фото 1930-х гг. (архив автора)

С лета 1832 года началось регулярное посещение источника больными. Воды становились популярными. Недалеко от них были построены гостиница, номера и несколько жилых домов, сдаваемых внаем отдыхающим. Весной 1839 года между купальнями и самим ключом была построена крытая галерея длиной в 45 сажен, чтобы благородная публика могла проходить к источнику для приема воды внутрь даже в капризную дождливую погоду.

Строительство двух корпусов на Нижнесергинских минеральных водах (из открытых источников)

Слухи о чудесных свойствах Сергинской минеральной воды дошли до Екатеринбурга и до Начальника Уральских горных заводов, следствием чего и явилась командировка Екатеринбургского аптекаря в Нижние Серги. Господин аптекарь, не мешкая, приступил к «испытаниям минеральной воды». Измерил ее температуру. Она оказалась постоянной и равной +60 по Реомюру. Серебряная чашка, в которую была налита минеральная вода, вскоре почернела. Оставленная на ночь в открытом сосуде, вода сделалась мутной и утратила запах.

Господин аптекарь испытывал воду ртутью, едким аммиаком, хлористым баритом, селитро-кислым серебром, синильной кислотой, синильно-кислым калием и массой других реагентов. В конце концов, выводы, записанные им, свидетельствовали, что в одном аптекарском фунте сергинской минеральной воды содержится углекислого газа – 2,9 куб. дюйма, а сероводородного газа – 0,43 куб. дюйма. Постоянных же веществ в 10 фунтах аптекарских было насчитано 423 грана, в том числе хлористый натрий, углекислая известь, углекислое железо, сернокислая известь и т.д.

К каким выводам пришел Начальник Уральских горных заводов после чтения предоставленного ему отчета, осталось неизвестным. Может быть, оценил изобретательность и тщательность проведенной работы. Изучение уральских минеральных вод еще только-только начиналось. Нижние Серги, конечно, не Баден-Баден, но кто знает!?

Через два года после описанных событий два знаменитых иностранных геолога Председатель Лондонского Географического общества Родерик Мурчисон и Вице-президент Парижского Геологического общества де Вернель пожелают произвести исследования в России. Их будет интересовать, прежде всего, геология Уральских гор. В.А. Глинка получит предписание из Петербурга «оказать сим ученым в предполагаемом ими по России геологическом путешествии возможное пособие и содействие». И содействие будет оказано.

Проезжая по Большому Сибирскому тракту мимо Бисертского завода г. Мурчисон заинтересовался характером геологических отложений в данном районе и изъявил намерение ознакомиться с местностью, лежащей южнее. Так он оказался в Нижне-Сергинском заводе. Далее имеет смысл выслушать самого геолога.

«…Осведомившись, что минеральные Нижне-Сергинские ключи находятся в расстоянии одной почтовой станции на юг от большой дороги, мы своротили с нее для обзора распространенных там горнокаменных пород. Несколько раз имели мы случай собрать убедительные доказательства в Силурийской стране Англии, Рейнской области и других частях Европы, что минеральные источники весьма часто восходят на поверхность земную в тех самых точках, где породы огненного или плутонического происхождения прорывались сквозь образования осадочные; переезд через тунележащие луга и пастбища, покрытые роскошною растительностью, вдоль одной из продольных долин на запад от хребта к заводу Нижне-Сергинскому, был сделан в полном убеждении, что происхождение минеральных ключей и появление беспорядков, замечаемых по обеим сторонам дороги, может быть истолковано подобным же образом. Мы не обманулись в ожиданиях наших. Химическое исследование минеральной воды не входило в план занятий, нами предположенных, мы ограничились испытанием вкуса воды этого родника, который весьма изобилен и представляет много сходства с Герроугетскими минеральными водами в Йоркшире, будучи насыщен, как нам кажется, подобно им, водородным газом».

Лучшего и желать было невозможно! Всемирно известный ученый дал отзыв о Сергинской воде, сравнив ее с популярными европейскими водами.

Родерик Мурчисон и его книга «Геологическое описание Европейской России и хребта Уральского» (из открытых источников)

В декабре 1844 года Пермский губернатор Илья Иванович Огарев послал запрос Главному Начальнику горных заводов В.А. Глинке о возможности использования Сергинских минеральных вод для лечения военных кантонистов[2]. Кто знал, что в судьбу несчастных кантонистов вмешается личная неприязнь двух талантливых государственных деятелей?

Ответ В.А. Глинки был определенен. «Ежели кантонистам уже необходимо лечиться минеральными водами», то не лучше ли для этой цели использовать другие источники Пермской губернии, расположенные ближе к Перми и Кунгуру. Для расквартирования большого количества кантонистов в Нижних Сергах надобно просить заводчика Константина Губина о постройке дополнительных помещений. Поскольку сами Сергинские заводы сейчас находятся в крайне расстроенном положении, скорее всего заводчик на дополнительные расходы не пойдет.

Безусловно, человек государственного мышления В.А. Глинка оказался вовлечен в мелочную борьбу с другой властной ветвью. В голове у чиновника уже роились планы использования Сергинских минеральных вод, но отдавать пальму первенства в этом деле Министерству внутренних дел или же Пермскому губернатору он не собирался.

После смерти Константина Губина в 1848 году на Сергинских заводах начнет свою фантастическую деятельность в качестве опекуна за малолетними наследниками Губина их дядя по матери – Семен Иванович Кони. Человек кипучей энергии он не только сумеет реконструировать все производство на губинских заводах, но и с честью представит их на Московской промышленной выставке 1853 года. Не останутся в стороне от его внимания и минеральные воды. И в этом его интересы, как хозяйственника, совпадут с социальными проектами В.А. Глинки

Прогулка благородной публики между процедурами по Орловой горе (архив автора)

С 1855 года, согласно распоряжению господина Главного Начальника горных заводов, на Нижне-Сергинские минеральные воды станут направляться больные мастеровые с уральских заводов. Повезут сюда больных золотухой, сифилисом, рахитом с Гороблагодатских, Златоустовских и других заводов[3]. К этому времени лечебное действие воды уже несколько лет будет изучаться заводским врачом К.Ф. Мичерлихом. В.А. Глинка потребует ежемесячного предоставления ему отчетов об успехах в лечении больных и «о расходах, которые будут выходить на содержание и пользование их». Болезнь, по его мнению, не является поводом к наживе.

Валерий Трубецкой

---

[1] ГАСО, ф.43, оп.2, д. 1731, л.2

[2] Кантони́сты (от нем. Kantonist — новобранец) — и несовершеннолетние сыновья нижних воинских чинов Российской Империи, сами принадлежавшие к военному званию, то есть к военному ведомству, и в силу своего происхождения обязанные к военной службе. /Википедия

Схожие новости