Ключевым фактором, меняющим логистику, спикер назвал ситуацию вокруг Ормузского пролива. Де-факто блокирование этого «бутылочного горлышка», через которое проходит около 21% мирового нефтяного трафика и значительная доля контейнерных потоков, мгновенно разрывает цепочки поставок для Ирака, Афганистана и стран Леванта. Как отметил И. Мелло, это напрямую выводит из игры южное направление коридора, построенное по маршруту Индия – Иран – Россия. Иранский маршрут с портами Бендер-Аббас и Чабахар оказывается де-факто заморожен: эти хабы теряют транзитный грузопоток на фоне усиливающегося санкционного давления и прямых рисков в акватории Персидского залива.

В этих условиях, как подчеркнул эксперт, происходит географическая «перезагрузка» коридора. Ситуационный выигрыш получает каспийский транзит. Паромные линии по направлениям Актау – Баку и Туркменбаши – Баку принимают на себя перераспределенные объемы грузов, формируя «водную ось» обхода иранского маршрута. Параллельно происходит усиление восточной ветки, где Казахстан и Туркменистан становятся безальтернативными хабами для доставки грузов. И. Мелло обратил внимание на узловую роль порта Актау как точки стыковки каспийского и сухопутного плеч, а также на преимущество нейтрального статуса Туркменистана, который позволяет использовать коридор Туркменабад – Серхетабад для выхода на афганское направление.

Однако главным операционным вызовом, по мнению эксперта, является не столько физическое состояние инфраструктуры, сколько правовая и финансовая архитектура перевозок. Груз неизбежно пересекает границу между санкционной и нейтральной зонами, что требует выстраивания сложных схем. Выживает тот оператор, который способен обеспечить бесшовную стыковку этих юрисдикций. Формула успеха, которую озвучил И. Мелло, заключается в комбинации «нейтральной юрисдикции» с локальным финансовым агентом и задокументированным разделением плеч маршрута. В практической плоскости это подразумевает переход на расчеты в национальных валютах (рубль, тенге, дирхам), ведение двойной документации под требования обеих юрисдикций и активное использование транзитных «буферных» компаний, зарегистрированных в ОАЭ и Омане.

Подводя итог, эксперт сформулировал три стратегических вывода для участников рынка. Во-первых, необходима диверсификация маршрутов, так как ставка на единственный транзитный коридор несет неприемлемые риски. Во-вторых, инвестиции в юрисдикционную экспертизу и понимание механизмов работы с санкционными режимами и нейтральными буферными зонами становятся конкурентным преимуществом первого порядка. В-третьих, ключевыми хабами для переформатирования цепочек поставок сегодня выступают три узловых партнера: Казахстан, Туркменистан и Объединенные Арабские Эмираты.