Individuum, 2024 

Россия, 2081. В результате тяжёлого кризиса страна оказалась полностью изолированной и подконтрольной другим державам. Перед новым правительством поставлена задача — найти «корень зла» в самом коде русского человека и искоренить его. Корнем оказывается русская литература — важнейшая часть национального самосознания: якобы всё пошло по наклонной именно из-за Пушкина, Толстого, Достоевского и других классиков. На смену литературе выбирают шахматную систему — идеальную модель рационального мышления, построенную на логике и порядке. В школах теперь изучают Ботвинника, Спасского и Карпова.

Главный герой Кирилл Чимахин приезжает в Петербург из Новосибирска. Он очарован гением, который перепридумал «удивительную Россию» его настоящего. Поначалу его мало что тревожит: он спокойно занимается своей личной жизнью, углубляется в науку. Но попытки разобраться в прошлом вызывают в нём всё больше сомнений: насколько правдива картина мира, которую ему предложили?

Алексей Конаков описывает страну, в которой с лёгкостью подменяются понятия, а желаемое выдаётся за действительное. Шахматная табия становится метафорой государства: фигуры уже расставлены на доске, правила определены, а герой может двигаться лишь в пределах предусмотренных системой ходов. Но что, если он решит сыграть иначе?

АСТ, 2011

После катастрофы, получившей название Великое Сокращение, на Земле остаётся ровно 3 млрд человек. С этого момента их число не должно меняться: каждый умерший перерождается в нового, а благодаря глобальной сети Социо, к которой подключён каждый разум, люди, по сути, обрели цифровое бессмертие. Государства и национальности исчезли, человечество превратилось в единый организм — Живущего. Но однажды рождается ребёнок, которого система не ждала, — без прошлого, под номером три миллиарда и один.

Социо избавляет людей от одиночества, но вместе с этим и отнимает их право на автономию: в образе «Живущего» Старобинец доводит до предела знакомую нам логику цифровых платформ, где быть подключённым означает быть полноценным членом общества. Тотальный контроль в романе Старобинец возникает не вопреки человеческому желанию жить в удобстве и безопасности, а именно по причине этого желания — как попытка спасения от отчуждённости, разобщения, кровопролития и разрухи.

АСТ, 2008

В предыдущих книгах этой подборки человечество меняло окружающий мир с помощью технологий, но что, если однажды сама природа выйдет из-под контроля и начнёт устанавливать свои правила?

В «Хлорофилии» Андрея Рубанова события разворачиваются в Москве XXII века. Большая часть населения страны перебралась в столицу, а Сибирь сдана соседнему государству в аренду. После экологической катастрофы город оказывается захвачен гигантской растительностью: природа больше не существует где-то за пределами мегаполиса — она проникает внутрь и постепенно меняет привычный строй жизни.

Катастрофа в «Хлорофилии» легко превращается в норму: что ещё вчера казалось ужасным и немыслимым, сегодня становится частью повседневности. Новые растения как будто не представляют опасности, а люди учатся их использовать и перестраивают под изменившийся мир свой быт. Однако вместе с «природой» в их жизнь приходит и нечто, последствия чего они пока не способны предвидеть.

Inspiria, 2025

Однажды по всему миру начинают появляться кадавры — неподвижные детские фигуры, которые невозможно уничтожить или сдвинуть с места. Они ничего не делают, ни на кого не нападают, не реагируют на окружающих — и, к ужасу читателя, человечество постепенно к ним привыкает. Если писать словами Поляринова, апокалипсис в «Кадаврах» наступает незаметно: общество оказывается способным продолжать нормальную жизнь рядом с чем-то страшным, если страшное длится достаточно долго.

В качестве героев Поляринов выбирает Матвея и Дашу — брата и сестру, которые отправляются в экспедицию из Ростовской области в Пятигорск с целью изучить кадавров и то, как окружающие на них реагируют. Но катастрофа страны в «Кадаврах» связана и с частным горем: за загадкой аномалий проступают семейные трагедии, в которых оба героя считают себя виноватыми.

«Альпина. Проза», 2025 

События книги Елены Козловой разворачиваются в альтернативной реальности, где больше нет свободного искусства, каждый шаг регламентирован, а книги запрещены. После запрета литературы бывшая издательница Анастасия вынуждена стать клиническим психологом, но её пациенты становятся всё более странными, а окружающий мир — всё менее понятным: в квартире поселяется призрак матери, а люди вокруг ударяются в астрологию, согласно которой меняющий знак Плутон обещает всем ещё большую трансформацию.

Козлова размышляет о том, как магическое мышление распространяется в мире постоянного контроля и рациональности. Чем упорнее система пытается объяснить устройство мира, тем активнее люди ищут собственные, более простые модели. Астрология, вера и предсказания становятся для них способом борьбы с тревогой и неопределённостью: возможностью не столько понять, сколько перенести происходящее.

«Вагриус», 2006

Действие романа происходит в 2017 году в большом уральском городе, который Славникова не называет по имени, но наделяет узнаваемой екатеринбургской географией. Главный герой Крылов — талантливый огранщик камней, которые его друзья-хитники нелегально ищут в горах. Параллельно город готовится к столетию Октябрьской революции, но театрализованные сражения красных и белых постепенно перестают быть игрой и превращаются в настоящий переворот.

Роман был опубликован в 2006 году — за 11 лет до даты в названии. Будущее у Славниковой сосуществует с прошлым: в городе одновременно узнаются приметы десятых, нулевых, бандитских девяностых и революционного 1917 года, а историческая реконструкция метафорически отзеркаливает игру автора со временем.

Сегодня «2017» интереснее читать не как сай-фай, а как историю о невозможности отпустить прошлое. Будущее у Славниковой вообще может не наступить: костюмированный спектакль выходит из-под контроля и начинает определять настоящее, а история превращается в бесконечное переигрывание одних и тех же событий.