Через год после аннексии Кандийского государства некоторые группы буддийского духовенства и представителей аристократии потребовали прекращения военной оккупации и вывода всех английских войск с его территории. В то время английские власти сумели избежать серьезных осложнений и помешали организации заговора [154, 159]. Однако колонизаторы не смогли приостановить рост недовольства кандийцев действиями английской администрации. По-прежнему буддийское духовенство и феодальная аристократия пользовались почти неограниченным влиянием среди крестьянства. В борьбе с чужеземными захватчиками им удалось заручиться поддержкой крестьянства, которому была свойственна идеализация прошлого страны. Кандийские крестьяне разделяли стремление буддийского духовенства и феодальной знати восстановить монархическое правление и традиционные отношения между верховной властью и буддийской сангхой для охраны традиционного уклада жизни и буддизма от посягательств английских захватчиков. Эти настроения хотел использовать буддийский монах Ихагама Торуннансе, который попытался в конце 1816 г. поднять антианглийское восстание, но потерпел неудачу и вынужден был скрываться от английских властей.

В некоторых областях бывшего Кандийского государства английские колонизаторы, не сумев заручиться поддержкой местной знати, старались опереться на другие группы населения. Так, в районе Велласа они выдвинули на высокий административный пост торговца-мавра, что вызвало глубокое недовольство знати в этом и в соседних районах [150, 188—189]. Когда в октябре 1817 г. здесь появился претендент на кандийский престол по имени Вилбава (скорее всего, он был буддийским монахом), его охотно поддержала феодальная аристократия. К Вилбаве примкнули Ихагама Торуннансе и некоторые группы буддийского духовенства. Вскоре вся территория провинции Ува была охвачена антианглийским восстанием.

На сторону восставших перешли дисава Увы Кеппетипола, выходец из влиятельной феодальной семьи, и ряд других крупных кандийских аристократов [164; 177, 183]. Многие из них стали руководителями восстания. Большую роль в руководстве восстанием также играло выс-

[24]

шее буддийское духовенство. Ему удалось сплотить под религиозными знаменами крестьянство и другие группы населения. Восстание охватило почти всю территорию бывшего Кандийского государства. В отдельных местах появились новые претенденты на кандийский престол. Один из них, Дурайсами, выдававший себя за близкого родственника Шри Викрамы Раджасингхе, призывал население убивать всех европейцев.

Губернатор Броунригг мобилизовал для отправки в Канди крупные военные силы. Он постарался расколоть ряды руководителей восстания и опереться на тех представителей знати, которые оказались лояльными к англичанам. Но ему не сразу удалось добиться успеха. Для борьбы с английскими войсками повстанцы использовали партизанскую тактику. Они нападали на мелкие английские военные отряды, устраивали засады, дезорганизовывали снабжение колониальной армии продовольствием и вооружением. К началу 1818 г. восстание охватило области Бинтенне, Хевдхета, Думбара. Английские войска и представители администрации, находившиеся в Канди, оказались в затруднительном положении. Предпринимались шаги к эвакуации английского гарнизона из города. Губернатор Броунригг ввел военное положение почти на всей территории бывшего Кандийского государства и принял меры для укрепления колониальных войск. Большую помощь в подавлении восстания оказали дополнительные военные отряды, прибывшие из Индии [123, 329—330].

Районы восстания были буквально наводнены английскими войсками. Карательные отряды колонизаторов действовали со страшной жестокостью. Они сжигали охваченные восстанием деревни, вырубали фруктовые деревья. Действовали военные суды. Английские власти умело использовали также распри, возникшие среди руководителей восстания. Властям удалось захватить в плен одного из главных вождей восстания, Кеппетиполу, который вскоре был казнен [150, 217—219]. После гибели Кеппетиполы наметился перелом в восстании в пользу английских колонизаторов. Почти все руководители восстания оказались в плену. Большинство из них было казнено или выслано с Цейлона. Лишившись руководства, повстанцы действовали разрозненно, они не могли противостоять крупным военным соединениям англичан. Отдельные очаги восстания были подавлены к октябрю

[25]

1818 г. Спасаясь от отрядов карательных войск, многие жители бежали в горы и джунгли.

Одной из причин поражения антианглийского восстания 1817—1818 гг. было то, что благодаря многолетним интригам в среде кандийской знати и верхушки буддийского духовенства англичане смогли подкупить некоторых из них. В частности, правитель области Четыре корала Моллигода фактически перешел на сторону англичан. Английское командование получало важные сведения о планах повстанцев от тех представителей кандийской знати, которые готовы были уничтожить своих старых противников. Английским войскам удалось захватить важнейшую реликвию сингальских буддистов — Зуб Будды, находившийся в руках восставших. С большой помпой Зуб Будды был привезен в Канди. Английские власти постарались, чтобы о захвате их войсками этой святыни стало известно всему населению. Ведь буддисты Цейлона были убеждены в том, что после того, как Зуб Будды оказался в руках англичан, всякое сопротивление им бесполезно.

Одержав победу над повстанцами, колониальные власти поспешили провести ряд реформ, чтобы укрепить свои позиции. Совет под председательством губернатора Броунригга разработал ряд постановлений, вошедших в декларацию от 21 ноября 1818 г. [48, 135—141; 150, 166—167].

Основной целью этой декларации было ослабление позиций кандийской знати и буддийского духовенства, снижение их влияния среди основной массы населения — крестьян. Английские колонизаторы стремились противопоставить друг другу отдельные группы кандийской феодальной аристократии и этим подорвать их возможное сопротивление английскому господству.

Согласно декларации, колониальные власти конфисковали земельные владения всех руководителей и активных участников восстания. Однако часть этих земель была возвращена их прежним владельцам при условии уплаты одной пятой урожая ежегодно. Тем самым участники восстания были поставлены в худшее положение по сравнению с другими группами землевладельцев, с чьих земель под посевами риса взимался обычный для территории бывшего Кандийского государства земельный налог в размере десятой части урожая. Тех представителей кандийской знати, которые сотрудничали с колонизаторами, действуя против собственного народа, английские

[26]

власти выделили в особую группу и установили земельный налог с принадлежавших им участков, занятых под рисом, в четырнадцатую часть урожая.

Некоторые представители кандийской знати стали сотрудничать с колонизаторами и поступили на английскую административную службу. При этом принадлежавшие им земли освобождались от уплаты земельного налога на весь период их службы в административном аппарате. От уплаты различных налогов были освобождены земельные владения дисав. В виде компенсации за потерю права сбора налогов в свою пользу они стали получать от английских властей ежемесячное жалованье. Эта мера была направлена на то, чтобы поставить этих влиятельных лиц в зависимое от английской администрации положение и тем самым подорвать их влияние среди различных групп кандийцев. Английские колонизаторы сильно ограничили также права более мелких кандийских феодалов.

Все бывшие подданные правителя Кандийского государства были подчинены английскому губернатору Цейлона как главе всей колонии. В Совет при английском резиденте, находившийся под контролем губернатора, входили командующий войсками и два гражданских чиновника. Взаимоотношения кандийской знати с английскими властями оказались строго регламентированными. Представители кандийской феодальной аристократии были лишены многих своих привилегий. Особенно пострадали участники восстания. В районах Увы, Бинтенне, Хевахеты и ряде других, где повстанцы действовали наиболее активно, административные функции были переданы военным-англичанам. Территория бывшего Кандийского государства была разделена на одиннадцать административных округов. Шесть округов находились под контролем английского правительственного агента, в руках которого фактически сосредоточилась вся полнота власти, а остальные пять непосредственно подчинялись Совету при английском резиденте. Таким образом, после подавления восстания 1817—1818 гг. английские власти сумели ликвидировать остатки сингальской независимости и установить на всем Цейлоне единую административно-налоговую систему.

Специальный пункт декларации от 21 ноября 1818 г. касался взаимоотношений английских властей и буддийского духовенства. Как и по конвенции 1815 г., коло-

[27]

ниальные власти гарантировали сохранение привилегий буддийского духовенства, право организовывать религиозные церемонии и процессии. Однако теперь английское правительство отказывалось выступать покровителем только буддизма. Оно разрешило активную деятельность сторонников других религий, в том числе христианства. Вместе с тем английская администрация не посягнула на буддийскую собственность, все храмовые земли остались неприкосновенны, и их владельцы были освобождены от уплаты налогов [83, 1970, 1, 1, 116].

Английские колониальные власти также освободили от налогов все земли, на которых рос коричный лавр, и всех лиц, связанных с производством корицы. После оккупации английскими войсками территории бывшего Кандийского государства все производство корицы фактически попало под контроль колониальных властей, хотя еще в 1814 г. Ост-Индская компания сумела получить монополию на экспорт корицы на семь лет, что дало ей возможность извлекать крупные барыши

[28]

Цитируется по изд.: Талмуд Э.Д. История Цейлона. 1795-1965. М., 1973, с. 24-28.