ПОЧЕМУ НЕ СТОИТ ДОВЕРЯТЬСЯ ИСКУСТВЕННОМУ ИНТЕЛЛЕКТУ
.
.
.
.
Говоря об искусственном интеллекте., нужно все таки понимать, что искусственный интеллект создавался по мере того, как сама реальность оказывалась искусственной. Разница меж человеком и машиной состоит в том, что у машины есть интеллект, но нет сознания. Машина не задумывается о себе, не глядит на себя со стороны, не вопрошает о своем я, для этого у нее нет сознания. Говоря иначе, у машины нет той самой никогда не заживающей "раны ее я" в которой сознание бы проявилось, .у машины может быть лишь неисправность, но не рана. Сознание присуще лишь человеку, как и человеческой ране его появления на свет. Любой интеллект в той или иной мере искусственный, но нельзя назвать сознание искусственным , как и нельзя вложить в машину сознание. Даже , когда машина создает что то в сфере искусства, нужно помнить, что искусственный интеллект может лишь имитировать что то , создавать видимость, например, музыку оркестра Поля Мориа, а не творить произведение. Однако, у Поля Мориа не было имитации музыки, а была и осталась сама музыка. По крайней мере человеческая имитация , (как и подражание тем или иным авторам), будет всегда интереснее машинной имитации, если мы конечно что то еще любим, и чувствуем, поскольку, в человеческом подражании, в отличие от подражания машины есть любовь . Если мы что то любим , мы не нуждаемся в имитации того, что мы любим. Даже самая совершенная копия чего то любимого , (например копия любимой картины) нам говорила бы лишь об оригинале того, что мы любим и того, что нам интересно, а не о копии, даже в том случае, если бы мы не отличили подделку от первоисточника. Ибо и любящий человек может ошибиться. Но не может ошибиться любовь.
Как не нуждаемся мы и в имитации Пушкина, если мы его любим, хотя до сих пор идут споры об авторстве Пушкина - некоторых его стихов и поэм . Но ведь и сами эти споры и сомнения лишь говорят о любви, которой так же может быть присуще сомнение. Любовь нуждается в вере, а не в знании...Если бы любовь стала всецело знанием, ее бы не было. Писал ли Пушкин Гаврилиаду , или нет, (или это была лишь чья та имитация) любящий Пушкина должен решить сам на основе того, что именно он у Пушкина наиболее любит, а не тот или иной критик, написавший о Пушкине книгу. Никто за нас никогда ничего не решит, если любим именно мы . А если мы не любим и не чувствуем, то тем более ни у кого не будет нужды и даже в самой имитации, того что человек мог бы любить. Поэтому беспокоиться за судьбу искусства глупо. Никакой искусственный интеллект культуру не заменит, как не заменит нам ни один искусственный , созданный машиной текст , ни Чехова, ни Достоевского.
И прежде всего потому, что ни один интеллект никогда не заменит сознания.
#Крушельницкий