– Игорь, мы общаемся перед репетицией спектакля «Сейчас все так живут». О чём эта история?
– Это история о женской дружбе, о том, как люди строят бизнес и карьеру. О подлости, о том, какие поступки мы совершаем и как некрасиво это выглядит со стороны. И о том, как люди приходят друг другу на помощь. Также здесь присутствует армянский колорит. В общем, история о том, что надо быть лучше, добрее и честнее.

– Насколько вам близок ваш герой?
– Во-первых, он, как и я, армянин, во-вторых, привык доверять людям. У меня есть такая дурная привычка – я тоже очень верю людям. Меня часто обманывали, но почему-то в моей базе заложено – доверять. А потом – бац! – опять обманули. Помню, в детстве я притащил в гости мальчика, с которым познакомился во дворе, учился тогда в первом классе. «Пойдём ко мне, у меня машинки и солдатики». Стали играть, потом он попросил на время дать ему солдатиков, у него таких нет, мол, завтра вернёт. Я согласился, он унёс, и больше я его не видел. Я не мог понять – как же так, ведь ты обещал принести! Очень часто меня обманывали. Вот почему, пока жизнь тебя не научит осторожности, нельзя всем верить. Мой герой в спектакле как раз и обжёгся, причём на пластической хирургии. Я тоже с ней сталкивался, но как пациент, и до сих пор от этого страдаю. Можете посмотреть, как выглядит мой нос. (Смеётся.)

– Как вы относитесь к пластической хирургии после этой пьесы?
– Так же как и до. Считаю, что пластическую хирургию можно делать только у проверенных врачей и при крайней необходимости. Допустим, я свой нос не украшать хотел, а сделать так, чтобы он лучше дышал. А некоторые себя украшают. Для девушек это, наверное, важно. А для мужчин – моё мнение: не стоит вмешиваться в природу.

– Ваша история уникальна: КВН, греко-римская борьба, работа грузчиком и дворником, а затем «Мосфильм» и более сотни ролей. Что стало поворотным моментом, когда вы поняли, что актёрство – ваше призвание?
– Когда я учился в старших классах, то играл в КВН. И мне нравилось заставлять людей смеяться. Я любил смешить. Мне уже тогда говорили, что надо идти в актёры, но я не относился серьёзно – где я и где актёры? Я ведь всё детство занимался спортом и добивался серьёзных успехов. Но чем старше становился, тем больше хотел стать актёром. И потом, в спорте я бы всё равно не смог достичь высокого уровня. Вдобавок масла в огонь подливали комедийные фильмы Леонида Гайдая, и в последнем классе я решил стать актёром. Но тогда шли девяностые годы, какой уж тут театральный институт. Я жил в Луганске. Безработица, безденежье. Поехал на заработки в Москву, первое время работал грузчиком и дворником. И неожиданно вспомнил, что нахожусь как раз в том городе, где все главные театральные вузы! А до этого я учился на Украине в институте культуры на режиссёрском факультете, готовил актёрские этюды, играл в спектаклях. И вот, работая грузчиком, опять начал чудить, смешить, пока в магазине разгружал хлеб и другие товары. Начальник рыбного отдела мне сказал: «Тебе надо быть актёром. Поезжай на «Мосфильм». Мне дали выходной. Поехал, посмотрел доску объявлений, увидел, что набирают массовку. Вышел человек, я отдал ему свою фотографию, правда любительскую. Оставил бумажку с номером телефона, написал на обратной стороне: «Позвать Игоря-дворника». И с этого момента всё началось.

– Вы часто играете яркие эпизодические роли. А есть ли роль, о которой мечтаете, но которую пока не предлагали?
– Когда меня не спрашивают, то у меня в голове все мысли чётко выстроены. Я всегда знаю, кого хотел бы сыграть. А вот когда спрашивают – теряюсь. Я хотел бы сыграть в сказках. Бабу-ягу, лешего, Кощея – любого персонажа. Проще сказать, кого не хотел бы сыграть – таксиста, хозяина киоска, охранника, пьяницу, бомжа. То есть тех, кого мне в основном и предлагают. Но всё равно ценно, что зовут. Часто играю бандитов, а мне было бы интересно сыграть полицейского. Если же рассуждать о жанре – то, конечно, больше люблю комедию, но могу сыграть и драму. Выдавить слезу вообще-то проще, чем рассмешить.

– Как вы считаете, ваша фактура дала вам преимущество в актёрской профессии или, наоборот, является проблемой?
– Моя фактура – это преимущество. Но здесь есть как плюсы, так и минусы. Иногда на проект могут взять актёра только ради внешности и закрывают глаза на отсутствие у него таланта. А я надеюсь, что у меня всё нормально с талантом. Но и то! Бывают фильмы, где нужен маленький армянин, а меня не берут. Берут человека славянской внешности! И ты думаешь – ну как же так? А вот так! Мафию никто не отменял. (Смеётся.)

– У вас огромная фильмография, включая такие известные проекты, как «Холоп», «Солдаты», «Волшебный участок». Какая роль была для вас самой сложной?
– Вы ещё забыли упомянуть «Изображая жертву» – весьма значимый для меня фильм. Это моя визитка. Очень сложная роль. И «Небесный суд», где я играл Пореченкова и Хабенского, их героев, которые в меня вселились. Я должен был вести себя так, как будто они находятся в моём теле. Тут было непросто. А самая любимая роль – в сериале «Солдаты». В «Холопе» мне тоже понравилась роль. Сериал «Светофор» – там я играл в двух сезонах. Ещё был фильм «Искатели приключений», он очень хороший, хоть и низкорейтинговый, не знаю почему. У меня там большая роль. С нами снимался Николай Николаевич Дроздов, мы классно проводили время в Таиланде, и фильм получился добрым.

– Правда ли, что по второму образованию вы повар-кондитер?
– Да, я имею третий поварской разряд и четвёртый кондитерский. Многому научился, но помню только две вещи. Например, я знаю, что такое ТКК – требования к качеству блюд. Знаю, что такое пуга – это воздушное пространство под скорлупой яйца на тупом конце, по ней определяется свежесть. Могу шинковать, у меня была пятёрка по шинкованию. Это всё, на что я способен. (Смеётся.) Как кондитер я вообще ноль. Когда сдавал экзамен, моей дипломной работой был торт «Птичье молоко». Там всё должно быть гладко и ровно, ведь поверхность шоколадная, а у меня получилась в буграх. Желатин застыл как-то неправильно, и всё выглядело так, будто в шоколад добавили крупные орехи. На самом деле их там не было, но я написал, что у меня фирменный торт с добавлением арахиса. В итоге, когда мой торт ели, он комиссии понравился. А все лучшие торты они забирали себе. Наверное, удивились потом, когда арахиса не обнаружили. (Смеётся.)

– Как вы готовитесь к ролям? Есть ли у вас особая техника или ритуалы перед съёмками?
– У меня есть ритуал, который я использую для театра, ведь там роли большие и текста много. В кино есть понятие «кратковременная память». Выучил – отыграл – забыл. Всё, следующую сцену снимаем. А в театре надо выучить, ещё раз выучить, да так, чтобы больше не вспоминать перед каждым спектаклем. Пьесы учить сложнее, чем реплики в кино. Да, у меня есть техника запоминания. Беру крупные куски текста и наговариваю их на диктофон. Потом включаю его и по кругу гоняю. И пока посуду мою, и пока еду в метро или автобусе – наушники вставил и слушаешь, как корабли бороздят просторы. Это как песни, мы же их не учим. Мы их запомнили, потому что сто раз слышали.

– Вы долго занимались греко-римской борьбой. Спортивное прошлое помогает или мешает вам в актерской работе?
– Спортивное прошлое, конечно, помогает. Мелкие каскадёрские трюки исполняю сам, мне дублёр не нужен. Я спортом занимаюсь до сих пор. Физическая подготовка для актёра очень важна. Ты должен быть шустрым, мобильным. А то два этажа прошёл и задыхаешься – это не дело. Я бегаю, правда, по беговой дорожке, а также много хожу пешком, потому что машина на ремонте. (Смеётся.)

– Вам приходилось сталкиваться с трудностями в жизни, случались и проблемы со здоровьем. Как вы это преодолели?
– У меня было две операции. Одна – ещё до приезда в Москву, операция на носу. А потом – двухсторонняя паховая грыжа. Меня прооперировали, выпустили, и я сразу же пошёл в спортзал. Делал лёгкие упражнения, которые мне разрешили. Работы у меня тогда всё равно не было, так что скрипя зубами мучить себя в кадре после операции не пришлось. Ещё у меня однажды порвалась позвоночная грыжа и надавила на нерв, отвечающий за левую ногу. Грыжа затронула нерв, и левая нога стала усыхать, началась мышечная атрофия. Потом я устранил проблему, но нога полностью не восстановилась. В жизни мне это не мешает, а в спорте мешает, чувствую, что левая не тянет. Сейчас, после многих травм, мои мышцы работают уже не в полную мощность, заявленную заводом-изготовителем. (Смеётся.) Но я с этим живу. Когда совсем больно, то спасает юмор. Только это помогает оставаться в строю.

– Вы ведёте свои интернет-страницы, делитесь моментами из жизни…
– Раньше вёл очень активно. И поймал себя на мысли, что это отнимает слишком много времени. Бац-бац – и два часа улетело из жизни, хотя только зашёл. Нет времени на это всё. А когда-то у меня был канал моего кота. Потом ещё и второй кот появился. Раньше я даже свой автомобиль пихал на интернет-страницу. Но сейчас выкладываю лишь то, что касается работы.

– Что бы вы посоветовали молодым актёрам, которые только начинают свой путь, особенно тем, кто не вписывается в стандартные рамки?
– Молодым актёрам посоветую искать другую профессию. (Улыбается.) Ребята, сейчас не начало двухтысячных. Раньше как-то проще было. Сфотографировался, сделал портфолио, раздал его в киногруппы «Мосфильма», и всё, сидишь, ждёшь звонков. Сейчас это так не работает. Надо иначе о себе заявлять. Куда и как заявлять – я не знаю. Наверное, из ста человек повезёт пятерым. А остальным – нет. Но жить-то надо! Когда я начинал, у меня тоже съёмки проходили редко. Поэтому параллельно я работал курьером, доставлял еду пешком, у меня тогда не было машины. После «Солдат» меня уже узнавали, но снова вернулся на курьерскую работу, хотя теперь развозил еду на машине, уже крутой! (Смеётся.) Так продолжалось до того момента, когда меня позвали в театр. Начались спектакли, и уже, естественно, стало не до того. В общем, молодые актёры, готовьтесь к тому, что придётся где-то ещё зарабатывать деньги. Актёрство – это везение при наличии таланта. Мне повезло. Наверное, Бог наградил за то, что делаю добрые дела. Я помогаю животным, люблю их всю жизнь, с самого детства.

– Если бы у вас была возможность сыграть в одном фильме с любым актёром, кого бы вы выбрали и почему?
– Конечно, я бы выбрал кумиров своего детства – Арнольда Шварценеггера, Джеки Чана, Сильвестра Сталлоне. А сейчас, с высоты прожитых лет, добавил бы в этот список Харрисона Форда, Джека Николсона, Аль Пачино, Роберта Де Ниро – с любым из них я был бы счастлив сыграть. О Киану Ривзе слышал много как о хорошем человеке, с ним тоже хотел бы поработать. И с Самуэлем Джексоном. «Криминальное чтиво» – мой самый любимый зарубежный фильм, а Тарантино – один из любимых режиссёров.

– Вам по органике ближе театр или кино?
– Я начинал с кино, мне нравилась камера. Но я настолько полюбил театр, что сейчас не могу отдать предпочтение. Слишком привык к сцене… Если бы гонорары в театрах были такими же, как в кино, то, наверное, я бы сказал, что театр лучше. (Смеётся.)

– Чем занимается ваш сын Всеволод?
– Мой сын Всеволод готовится поступать в вуз, учит английский, ходит к репетитору, а свободное время, как и вся молодёжь, проводит за компьютерными играми – просто не отрывается. Он хочет заниматься психологией.

– Говорят, что комедийные актёры совсем не весёлые в жизни. Так можно сказать о вас?
– Это зависит от житейских проблем, с которыми я сталкиваюсь. Так-то я весёлый по жизни, примерно такой же, как мои герои. Стараюсь быть на позитиве, но часто случаются ситуации, когда плачешь. Люди видят меня весельчаком, а домой приходишь, и становится грустно от многих моментов. Отца не стало, скоро исполнится десять лет, как его нет. Любимого животного не стало. Нет у меня сейчас женщины, а мне ведь тоже хочется любить и быть любимым. Это меня расстраивает. Расстраивает, что сын растёт не со мной. Я же мечтал о нормальной семье – что я, жена и сын будем жить все вместе, как я со своими родителями. Я думал, что у меня будет так же, а всё оказалось по-другому. И от того, что уже ничего нельзя изменить, мне становится печально. Но такова жизнь.

– Вы с особым трепетом относитесь к братьям нашим меньшим. Расскажите, пожалуйста, о своей благотворительной деятельности.
– Когда смотришь в интернете, как животных обижают, как они страдают, – моя нервная система не выдерживает, я сразу в слёзы. Я помогаю трём приютам. Давно знаю этих людей. Ольга из Тульской области лечит и выхаживает животных. Даша – из Ставрополья. И парень из Дагестана, Хаскил, он спасает покалеченных кошек и собак, в своём гараже создал приют. Им я периодически отправляю деньги в надежде, что моя помощь хоть немного облегчит страдания несчастных животных.

Расспрашивала
Дарья СОКОЛОВА
Фото из личного архива

Опубликовано в №37, сентябрь 2026 года